Игры в любовь и смерть. Книги 1-3
Могла ли представить шестнадцатилетняя Анна-Лаура де Лодрен, выходя замуж за маркиза де Понталека, самого красивого из придворных короля Людовика XVI, какие жестокие испытания приготовила ей судьба? Если бы в день свадьбы в часовне Версаля ее спросили, какой она представляет свою жизнь, девушка ответила бы: «Счастливой!» Но маркиз де Понталек не принес ей счастья, он по-своему распорядился судьбой своей юной супруги. Анна-Лаура осталась одна перед лицом невзгод, выпавших на ее долю. Помощь друга и новая любовь не только удержали ее на краю пропасти, но и возродили к новой жизни, полной опасностей и захватывающих приключений.Анна-Лаура де Понталек исчезла в вихре бурных событий Французской революции. Все считают ее умершей, но она жива, просто сменила имя. Теперь ее зовут Лаура Адамс. Единственным смыслом жизни этой молодой женщины становится месть бывшему мужу — человеку, который повинен во всех ее несчастьях. Однако Лаура не может оставаться равнодушной к тому, что происходит вокруг. Страдания и гибель королевской семьи, кровавая власть террора заставляют ее вступить в борьбу за попранные идеалы добра и милосердия вместе с человеком, которого она имела неосторожность полюбить...С террором покончено, и во Франции 1794 года наконец-то распахнулись ворота тюрем. Вернувшись в свой родной Сен-Мало в Бретани, Лаура Адамс, она же Анна-Лаура де Понталек, мечтает лишь о новой встрече со своим возлюбленным, бароном де Батцем, из рода д'Артаньянов, потерявшим спасенного им короля Людовика XVII, и о том, как бы вызволить из Тампля последнюю узницу — дочь короля Людовика XVI, казненного на эшафоте. В Париже Конвент доживает последние дни, и игра в любовь и смерть становится как никогда жестокой. После пушек Вальми канонада вандемьера в щепки разносит судьбу Лауры: теперь она одна должна нести на своих плечах груз последней тайны Бурбонов, тайны женщины без имени, которую прозвали графиней Тьмы Содержание:1. Великолепная маркиза (Перевод: Ирина Крупичева)2. Кровавая месса (Перевод: Ирина Крупичева)3. Графиня тьмы (Перевод: С. Хачатурова)
— А что ты собираешься там найти? Они пустые, я как раз собираюсь их наполнить.
— Может, оно и так, но надо проверить. У нас новый приказ. Мы должны обыскивать всех, кто выезжает из Парижа.
Гоге поудобнее устроился на козлах, зевнул во весь рот, едва не свернув себе челюсть, и сладко потянулся.
— Обыскивайте, что ж делать! Мне-то плевать. — Он выудил откуда-то снизу бутылку и собрался было отхлебнуть, но передумал и любезно предложил выпить солдатам.
Они не отказались от угощения, но тем не менее тщательно проверили все бочки, кроме одной, которая не желала открываться.
— Эту бочку не трогайте, я ее специально закрыл покрепче!
— А зачем это ты ее закрыл? — с подозрением поинтересовался один из солдат.
— Объясняю! — величественно ответил Гоге. — Там напиток, изготовленный по моему собственному рецепту. Это водка, от нее пиво становится еще вкуснее. А чтобы она не выдыхалась, я никогда не открываю крышку.
— Что ж, сейчас тебе придется ее открыть!
— Какие вы несговорчивые, ребята, — проворчал Гоге, не трогаясь с места.
— Тебя это не касается! Эй, вы там, ну-ка помогите нам!
Двое муниципалов подхватили бочку, вытащили ее из повозки и бросили на землю. Она развалилась, оросив растаявший снег водкой."
"— Ребята, ну зачем же так! — запротестовал гражданин Гоге. — Бочка-то теперь сгодится разве что на дрова! Что я скажу гражданину Дефье? Я же не на себя работаю!
— Прости, папаша Гоге, но мы же тебе говорили, что нам велели всех обыскивать.
Старик уже собирался тронуть лошадь, когда из дверей сторожки вышел сержант и крикнул:
— Гражданин, ты едешь в Сюрен?
— Ну да, и не в первый раз! В Сюрене самое лучшее на свете пиво! Могу и тебе привезти, если будешь хорошо себя вести.
— Тебе там больше нечего делать.
Де Бац почувствовал, что сердце его пропустило удар, но он не вышел из своей роли. Его рот и глаза стали круглыми от удивления:
— Что ты говоришь? И когда же это?
— Толком я ничего не знаю, но так говорят.
— А ты уверен?
— Не слишком, да и арестовали их, видно, только что. Ты все же хочешь туда поехать?
— Точно! Надо самому взглянуть, что там творится.













