Исчезающие в темноте

Сколько жизненной энергии ты на это потратила? На сколько лет сократила свою жизнь?

— Значит, ты поэтому не пользуешься своим даром? — осторожно спросила Рита, чувствуя, что почему-то готова расплакаться.

— Я никогда им не пользовалась. Никогда. — Бабушка устало опустилась обратно в кресло и прижала руку к груди, словно у нее разболелось сердце. — И отцу твоему не разрешала, но разве он меня слушал? И чем все это закончилось? Инфаркт миокарда в тридцать один год. А ведь я его и об этом предупреждала. Кроме целительства, я хорошо вижу чужие болезни. Человек еще сам не знает о том, что болен, а я уже вижу.

И я видела, что сердце у него изношено, как у дряхлого старика.

Рита непонимающе нахмурилась.

— Он же умер из-за аварии.

— Это авария случилась из-за того, что у него прихватило сердце.

Рита почувствовала, как мгновенно ослабели ноги. Если бы она стояла, они бы не смогли ее удерживать. То, во что она верила больше двадцати лет, вдруг оказалось неправдой.

— Расскажи, — охрипшим от волнения голосом попросила она.

— Да что рассказывать? — бабушка сделала глоток из своей чашки и поморщилась: чай стал совсем холодным.

 — Об этом даре в нашей семье знали давно. Моя бабка была знахаркой, как тогда это называли. Лечила людей даже от тех болезней, с которыми тогда не справлялась медицина. Она знала какой-то секрет пополнения энергии, и дожила до седин. Только вот своим детям этого рецепта почему-то не передала. Отец говорил, у нее был скверный характер, хотя я не верю, что она могла специально не рассказать детям. Думаю, она говорила, только они по молодости не отнеслись серьезно и забыли. Ее дочь, моя тетка, сгорела вскоре после смерти матери. Тогда-то отец и решил, что заниматься целительством без пополнения энергии слишком опасно. И мне это с детства в голову вдалбливал. Однако тогда мы еще не скрывали дара. Я была уверена, что твой отец тоже не станет этим заниматься, но… Ты родилась раньше срока и с воспалением легких. Больше двух недель провела в реанимации. Твоих родителей туда пускали раз в день, и то потому, что отец нашел нужные связи. Они с твоей матерью мне даже не сказали, что собираются сделать, зная мое отношение к дару. Просто однажды у тебя вдруг наметились значительные улучшения, а спустя неделю уже выписали. Саша только покашлял немного, даже антибиотики пить не стал, все прошло само. Тогда-то он решил, что дар ему дан для того, чтобы спасать людей, а не держать его в себе.

Рита молчала. Ее отец умер слишком молодым, но однажды в старых газетах она нашла большую статью, посвященную ему. Его называли «молодым талантом, лучшим кардиологом больницы» и прочили большое будущее в медицине. Теперь она наконец поняла, каким именно талантом он обладал. И каким обладает она сама.