Исход

― Почему я чувствую себя на втором месте после тарелки блинчиков? ― спрашивает Грей, наблюдая, как спина Грейси удаляется по коридору.

― Потому что так и есть. ― Я смеюсь. ― Мы все на втором месте.

Грейсон откидывает одеяло. Я все еще совершенно голая. Думаю, он догадался.

― Черт, Кэтрин, может, они не заметят, если мы пропустим завтрак, ― говорит он, разглядывая каждый дюйм моего тела.

Я срываюсь с кровати и бегу в ванную.

― Вообще-то, я умираю с голоду, ― кричу я ему и захлопываю дверь прямо перед его носом. Освежившись, я беру полотенце и оборачиваю его вокруг себя. Когда я снова выхожу, Грейсон хмурится.

― Я собираюсь сжечь все полотенца. Мы должны стать семьей нудистов, ― говорит он, и выражение его лица кажется серьезным.

― Знаешь, у тебя много отличных идей. Но эта явно не из их числа. ― Я улыбаюсь ему. ― Мне нужно одеться. Ты же не хочешь заставлять Грейси ждать слишком долго. Поверь мне, она выглядит милой и невинной, но эта девочка может быть такой же яростной, как хоккеист. Такой же, как ты, Грейсон, ― говорю я ему.

Его хмурое выражение лица сменяется улыбкой.

― Ужасно хочу увидеть это, ― говорит он.

― Ты пожалеешь об этих словах, Грейсон Монро, ― говорю я ему, прежде чем войти в комнату Грейси. Там хранятся все мои вещи.

Грей идет за мной.

― Нам стоит перенести твои вещи в мой шкаф. Знаешь, пусть это будет наш шкаф, ― говорит он.

Мои руки замирают на свитере, который я снимаю с вешалки. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него.

― Серьезно? Ты хочешь делить со мной шкаф?

― Я хочу делить с тобой все, Кэтрин.

Я не знаю, что сказать. То есть я хочу этого больше, чем готова признать, но мне страшно.

― Если я скажу «да», ты рассмеешься мне в лицо, скажешь, как сильно ты меня ненавидишь и что этого никогда не случится? ― Выпаливаю я, неожиданно даже для себя озвучивая свои мысли. Мои настоящие страхи."

"― Этого не будет. Ты можешь отказаться, но я все равно перенесу твои вещи. ― Он заходит в кладовку и обнимает меня за талию. ― Прости, что я был придурком. ― Его губы прижимаются к моей макушке.

― Я заслужила это. Я знаю, но… Я просто не уверена в себе. И это не твоя вина. Она моя.

― Я буду рядом, Кэтрин. Всегда. Я не подставлю тебя под удар. Я не хочу, чтобы ты страдала. Это я наконец-то получил то, чего ждал очень долгое время, ― говорит он, ― и надеюсь, что ты тоже этого ждала.

Глава двадцать седьмая

Сегодня первый день после победы в матче за Кубок Стэнли. Я должен быть на седьмом небе от счастья. Наслаждаться победой, к которой я стремился с тех пор, как смог впервые устоять на коньках. Но вместо этого я сижу в гостиной с братьями и отцом и обсуждаю семейные дела. И я имею в виду не хоккей.

Я рассказал отцу о причинах отъезда Кэтрин, о том, что за ней охотились Дювали, а теперь еще и за Грейси.