Искупление 6
Хлоя Уолш
Прости меня, что у меня есть сердце, а не какой-то бот без чувств, который имеет функционирующий набор чувств. Не все такие идеальные в том, чтобы выключать свои эмоции, как ты.
– Звучит ли это так, будто у меня отключены эмоции? – Я потребовал, тон пропитан тем, что она обвинила меня. – Потому что, с той точки зрения, я весьма прозрачен со своими эмоциями, Моллой. Ты та, кто как кран, переключается между горячим и холодным.
– И теперь ты кричишь на меня.
– Я, блядь, не кричу на тебя, - кричал я. – Я пытаюсь быть здесь для тебя!
– Ну, я сказала тебе, что мне нужно пространство.
"– Господи, Ифа, я не знаю, что делать с тобой. – Я провел по волосам. – Если у тебя есть что-то, что ты хочешь мне сказать, тогда ты можешь не стесняться.
Молчание.
– Ты зла на меня.
Еще большее молчание.
– Ты винишь меня.
Она не ответила, предпочтя закрыть уши руками.
– Признайся, - потребовал я, чувствуя себя бессильным и раздраженным, когда моя грудь поднималась. – Что бы ты ни хотела сказать мне, черт возьми, Моллой, просто признайся.
– Хорошо, Джоуи, хорошо! Ты хочешь знать, что я чувствую? Мне больно! – она кричала, взбираясь на колени и бросая в меня подушку.
И вот оно.
Теперь это сказано.
Она обвиняет меня так же, как и я обвиняю себя.
– Когда он схватил меня, я стояла спиной к нему, - она кричала хрипло. – Я думала, что это был ты… Я думала, что это был ты, Джоуи! Но это не был ты. Это не были твои руки на моем теле, не твой язык на моей коже или твои пальцы в моих волосах, и теперь я не знаю, что чувствовать.
Я дернулся. – Господи.
Только когда я подумал, что я не могу себя больше ненавидеть, она раскрыла рот и выдала свою правду.
С перекошенным храпом она кричала, – Итак, да, я зла на тебя, и, возможно, это иррационально, и мои эмоции все не на своем месте, но я зла и больна, и я так чертовски зла на тебя.-Ее голос треснул, и она выдохнула еще один болезненный храп, прежде чем признаться. – Потому что я была здесь сегодня вечером для тебя. Заботилась о твоих братьях для тебя.
Я чувствовал ее духи на моей коже, ощущал ее разрушение вокруг меня, когда она смотрела мне в глаза и вырывала мое сердце из груди.
Вот что я и пытался предотвратить.
Я не хотел влюбиться в нее, но я сделал это. Я не хотел пустить ее в свою жизнь, но я сделал это. Все, чего я никогда не хотел делать, я сделал с ней, для нее, потому что я любил ее.











