Камуфлет

Но открытие стало управлять создателем, а дьявол вновь обманул доктора Фауста.

Заканчивая бутылочку, дядя с удовольствием наблюдал на лице девицы напряженный интерес: страницы так и летали."

"Ах, да. Литературным героем, распутавшим злокозненные ловушки, явился коллежский советник, по уверению автора, чиновник особых поручений, некто Ванзаров.

Книга кончилась.

— Кто такой Чижъ? — поинтересовалась Антонина, подхватив соленый груздь.

Ответить Берс не смог. Ранее о таком авторе он не слыхивал, впрочем, как и об издательстве «Арибалл», выпустившем роман.

— Но позвольте, как подобное пропустила цензура?

— Сам удивляюсь, — вздохнул Николай Карлович, разглядывая опустевшую бутыль.

 — Может, Ванзаров знает…

— Так он — настоящий? — барышня даже вскочила. — Не может быть!

Хоть старина Берс отнекивался, но под напором молодости вынужден был признать: да, в сыскной полиции действительно служит однофамилец героя.

— Потрясающе! — вскрикнуло юное создание. — Сыщик из романа настоящий! Срочно едем, познакомите меня с русским Шерлоком Холмсом!

Мольбы, что это невозможно, и никак по чину не полагается, и вообще он никуда не поедет, пропали в шуме ветвей.

Антонина кинулась за извозчиком. А Николай Карлович употребил ложку черной икры, пробормотал: «Будь что будет», перекрестился и влез в ношеный сюртук.

Августа 6 дня, года 1905, первый час, все так же

3-й участок Казанской части 2-го отделения С.-Петербургской столичной полиции, Офицерская улица, 28

Новенькая кожанка, блестя отменной выделкой, прикрывала элегантный жилет и сорочку тончайшего материала — такой еще поискать! Далее — ботинки наимоднейшие английские лайковые, да со штиблетами, от которых глаз не оторвешь.

Венчал наряд кожаный шлем с широкими очками для борьбы с ветром. Господин небрежно поигрывал перчатками с крагами ценой в месячное жалование городового.

Что и говорить, участок притих, разглядывая сказочного гостя. А тот возвышался монументом над помощником пристава Галкиным. Вежливо согбенный чиновник казался ниже китайца. Быть может, оттого, что господин источал таинственный аромат — нет, не парфюма, а чего-то неуловимого, что несет в жилах чистая кровь властительных предков. Что поделать, аристократ — не должность, а наследственная болезнь.

Сам же князь Одоленский изящно не замечал, какое он произвел смятение, а мило улыбался. Но предложение сесть, как и дежурный стул, твердо отклонил.

Вбежав в участок, Родион Георгиевич отметил: спортивная фигура, цветущий вид, брильянт в галстуке, одет наимоднейше — водителем мотора, на пальце перстень, держится в манере английского джентльмена, не женат.

— Профу профения, вафа светлость, что заставил ждать… — он изобразил вежливый поклон. — Коллежский советник Ванзаров к вафим услугам.