Исповедь на краю

Стоит, покачиваясь на огромных шпильках, и смотрит темными глазами, невыразительными, как у куклы.

– Какая встреча! А я заглянула сюда на всякий случай. Вдруг, думаю, ты уже работаешь.

– Откуда ты знаешь, что я не работал?

– Олежек, ты никак не запомнишь, что я знаю все.

– Если все, то не надо ни о чем говорить, ладно? Ты вообще чего хотела?

– Просто посмотреть на тебя. Мне уехать?

– Как хочешь.

– А может, покатаемся? Или лучше ко мне?

– Давай к тебе.

Сандра открыла дверцу темно-зеленого «Рено», села за руль. Когда Олег плюхнулся рядом, закрыла все окна, включила отопление. «Она как-то ненормально любит тепло, – подумал Олег. – Все у нее не как у людей. Может, этим она меня и держит?» Они молча приехали на улицу «Правды», поднялись на третий этаж старинного, отреставрированного дома, вошли в небольшую, но очень удобную, элегантно обставленную квартиру. Сандра сняла голубой норковый жакет и осталась в обтягивающей шелковой водолазке и очень узкой юбке. Олег стоял, не раздеваясь, в прихожей и смотрел на ее отражение в зеркале: тонкие руки, ноги, талия, едва обозначенные грудь и бедра. Что в ней привлекательного? Но вот она повернулась к нему, пригладила длинные пепельные волосы, облизнула узкие губы, притянула его за шею и замерла на мгновение. И в то же многовение в нем возникло желание, яростное, жгучее, неуправляемое. Он рвал на ней юбку, стаскивал водолазку, сжимал в руках маленькие груди, худенькие бедра. Схватил ее, уже совсем обнаженную, на руки и понес в спальню. Лишь у кровати сбросил куртку и грязные ботинки.

Глава 13

Дина носила по квартире свою голову, как неудобную шляпу. После третьей таблетки аспирина боль стала немного тупее, но появилась тошнота. О сне в эту ночь не могло быть и речи. Стоило Дине потушить свет, как тишину прорезал пронзительный вопль Нели:

– Вор! Убийца! Старая мразь! Только переступи порог – и ты сдохнешь раньше меня!

Дина пыталась представить себе ситуацию, в которую вписывался бы данный текст. Бедная больная женщина лежит в постели, дверь ее комнаты открывается, и прямо на нее движется пьяное чудовище, возможно, с каким-то грозным предметом в руке. Дина еще не видела Нелиного мужа. Она открыла окно и тихонько позвала:

– Неля, это Дина. Тебе нужна помощь?

В ответ – тишина. Дина помолчала, подождала, затем снова погасила настольную лампу и закрыла глаза.

– Вонючий ублюдок! – донеслось снизу. – Чего ты хочешь, падаль мерзкая? Смерти моей?

Какие сильные определения. Неле не откажешь в изобретательности. Но почему же он молчит? Не угрожает, не реагирует, не слышно никаких звуков – ударов, падений… Но лежать под такой аккомпанемент невозможно. Дина вновь подошла к окну.

– О-о-ох! – раздался леденящий душу стон.