Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела

Тембр тот же, но мне, как профессиональному переводчику, непростительно не заметить разницу:

— Я тоже не в восторге от того, чтобы тащиться сюда. У меня и в Северном Пределе дел по горло. Но ради женщины на что только не пойдёшь?

— Значит, ради женщины? — ярость в голосе Айварса нарастает. — Тебе не на что рассчитывать. Моя женщина останется здесь, со мной.

Гость ухмыляется, демонстрируя хищный оскал. Офигительно похожи.

— О, брат. Прости, но сильно сомневаюсь… Я старший, и отобрать моё ещё ни у кого не получалось.

— О, да, два года — существенная разница.

Я пытаюсь понять, о чём они или о ком? Два мужика спорят о какой-то женщине. Обо мне брат Айварса знать не может. Предмет спора — мадам Альва?

Но почему тогда гость ревниво прячет за своей спиной девушку, которая была с ним?

Тем временем обстановка накаляется. На несколько мгновений воцаряется тишина, в которой мне чудится потрескивание электрических разрядов.

— Айварс, Кристер, остановитесь, — разрезает плотный воздух голос Вальгарда. — Всё не так, как вам кажется.

— Заткнись, — рявкает Айварс. — Решил стравить братьев, чтобы забрать её себе? Она моя!

— У нас появился соперник? — рычит синхронно Кристер, бросая мимолётный взгляд на Вальгарда.

А дальше раздаётся хруст: на моих глазах оба брата начинают трансформацию. Два брутальных красавца покрываются чешуёй и увеличиваются в размерах. Мама дорогая, они же здесь не поместятся.

— Идиоты, — кричит Вальгард, — полный оборот в Академии невозможен.

Никогда не думала, что вид двух мужчин, покрытых, словно бронёй, сверкающей снежно-белой чешуёй, это так красиво. Кажется, я привыкаю к этому миру, если способна испытывать восхищение при виде двух полулюдей, полурептилий.

Застряв посреди оборота, братья не потеряли решимости сражаться. И моё восхищение сменяется ужасом. Стены коридора покрываются ледяными узорами. Оба дракона синхронно поднимают раскрытые ладони, и я понимаю, что с них вот-вот сорвётся смерть. Отчаяние захлёстывает меня. Сейчас начнётся братоубийство.

— Айварс, — кричу, — нет!

— Крис! — в слабом голосе девушки слёзы и боль.

Но все звуки перекрывает рык Вальгарда:

— У вас разные истинные!

Может, слова ректора и долетели до ушей безумцев, но в мозги явно не успели прорваться. Смертоносные полупрозрачные потоки срываются с рук обоих братьев и… врезаются в ледяную стену, возникшую между ними. Я нахожусь со стороны Кристера, и силуэт Айварса становится размытым, но не это главное: на ледяной глади возникает силуэт величественного старика с коротко стриженной бородой и длинными снежно-белыми волосами. Голову венчает корона.

Прежде, чем я успеваю сложить один плюс один, все мужчины опускаются на одно колено и склоняют головы.