Избранная для двоих женихов

Злая, опаленная магией, с безумными глазами, она атакует ученика, тратя Силу на эту дрянь. Показывая умения, о которых лучше молчать! Диана еще раз окинула взглядом зал, ловя страх учеников, робко начавших выглядывать из-под столов, и стала противной самой себе.

— Думаю, на сегодня практики достаточно! — Знающая развернулась и вышла, предчувствуя на свою голову визгливые вопли декана Стелы.

***Настоящее… Диана и Анор.

— Нет, грасс. — Усмехнулась Диана, покачав головой. — Я предпочитаю не идти на сделки с совестью. Человеческая жизнь мне дороже тех бумаг, за которые вы так трясетесь. Вы можете не брать на душу грех и не скрывать перед Советом правды про мое ментальное воздействие на вас и остальных членов путешествия. Я все расскажу им сама. А пока… Могу лишь пожелать вам удачи в дальнейшем походе. С Темным князем я встречусь один на один. Думаю, он поможет мне. На этом наши пути расходятся, Анор. Жаль, что вы так и не поняли одну простую истину. Если вы хотите, чтобы когда вы попали в беду, вашу жалкую жизнь кто-то спасал, то надо быть готовым и самому рисковать собой ради друзей. Ах, простите… У вас, наверняка нет друзей. Лишь коллеги и завистники вашей должности при дворе. Вряд-ли вы поймете меня. Ведь вы даже ни разу не бывали в настоящем бою. Прощайте, Анор, надеюсь больше мы с вами не встретимся! — И с этими словами девушка развернулась и вышла из комнаты, не обернувшись. Оставив своего собеседника замершим посреди комнаты с открытым ртом, ошарашенным ее отповедью.

***А в это время… Алекс."

"Следующие несколько дней прошли одинаково. Кажется, в одно и то же время ему приносили завтрак, обед и ужин, два раза приходили убирать. Безмолвный человек с плавными выверенными движениями опытного воина и рубиновой серьгой в ухе, бороться с которым было бесполезно. Но пару раз, когда он стоял спиной, Алекс все же попробовал. Итогом стало несколько синяков на теле, удары тюремщика были несильными, но болезненными. Видимо, у него был четкий приказ не причинять пленнику ущерба.

Вскоре Алекс почувствовал, что мало-помалу его охватывает отчаяние. Силы восстанавливались, но его Дар по-прежнему молчал. Вдобавок, стены бархатной комнаты оказались неприступными, а руки, как ни шарили по бархату, не могли найти потайной двери. И что-то подсказывало мужчине, что его тюрьма магического происхождения.

А ночью приходили кошмары. Иногда он летел в странную пропасть, клубящуюся туманом, с развевающимся над нею лепестками пепла. А иногда ему снилось, что он тонет посреди огромного моря с водой цвета расплавленного свинца, из последних сил запрокидывая голову в стальное небо. Но чаще всего перед ним были узкие черные глаза, лучащиеся ненавистью.