Изгой

Изгой меня не любил и я об этом знала. Но я бы многое отдала даже просто за его симпатию и за возможность хоть на мгновение снова оказаться в его объятиях. Наверное, за его любовь я могла бы умереть."

"Я смотрела на Марианну и понимала, что ей сейчас тяжелее чем мне, она может потереть двоих. И Николаса и маленькую Ками. Девочка почти не дышала и не открывала глаза. Марианна поила ее с ложечки порциями свежей крови и как ни странно меня это не ужасало. При взгляде на маленькую бледную малышку, мое сердце сжималось от жалости. И да, я больше не сомневалась в том, что они с Мстиславом родственники. Цвет волос Камиллы убедил меня в этом окончательно. Марианна рассказала мне о смертельной опасности, нависшей над их ребенком. Я плохо понимала, что именно происходит, но мне было страшно так же как и моей новой подруге, которую я успела полюбить. Наверное, так я могла бы любить сестру, если бы она была у меня. Я подумала о родителях, о братьях. Я должна сообщить им, что у меня все в порядке, чтобы они не волновались, я должна позвонить моему менеджеру и отменить все концерты, но я оттягивала этот момент как можно дольше. Сейчас мне было не до этого. И еще я уже твердо, знала — я больше не вернусь в свой мир никогда. Конечно, я даже не представляла себе, как смогу существовать рядом с бессмертными. Я — человек, но Марианна убеждала меня, что это не имеет значения. Она рассказала мне, что ее мама была человеком, когда познакомилась с ее отцом. И она сама так же оставалась смертной, и лишь жестокие обстоятельства вынудили их обеих пойти на крайние меры — выбрать иную сущность.

Дни тянулись однообразно и монотонно. Я исследовала огромный дом, знакомилась с правилами, а точнее с их полным отсутствием и как ни странно я чувствовала себя здесь гораздо спокойней, чем в том же полицейском участке. Меня еще никогда не охраняли настолько тщательно и ненавязчиво. Марианна окружила меня заботой. Я почти не бывала одна. Для меня соорудили зал для тренировок с огромными зеркалами и по вечерам моя подруга играла на фортепиано, а я танцевала для нее, а по ночам я засыпала на диване, свернувшись калачиком, и слушала, как она поет дочери колыбельные. Самые жуткие создания ночи оказались добрее и лучше всех тех, кто окружал меня всю мою жизнь. Но я понимала, что далеко не все вампиры такие как семья Мокану и Вороновых, что есть другие кланы, разные ответвления и расы. Постепенно я знакомилась с тем миром, в который попала. Я узнала о существовании ликанов, ведьм, демонов. Меня больше ничего не удивляло. Одно лишь беспокоило меня — я хотела быть такими как они.