Измена. Бежать или остаться (СИ)

Он потерял равновесие и навалился на меня всем телом. Я громко закричала, резкая боль пронзила плечевые суставы. Упала на колени. Глотала ртом воздух, не до конца понимая, куда исчез Игнашевич.

Из-за грохочущего сердца я почти не слышала, как Марьян дрался с Игнашевичем. На коленях ползла к своему телефону, мечтая как можно скорее услышать голос любимого мужа.

Глухие удары и нецензурная брань летела по туалетной комнате. Я пыталась проползти под ногами дерущихся мужчин, не задумываясь о том, что один из них в любой момент может наступить на мою руку или ногу. Мне было все равно. Главное — дотянуться до телефона и позвонить Назару.

Помню, как наконец коснулась шершавого экрана, как под подушечками пальцев захрустели осколки разбитого защитного стекла.

— Нет, нет, нет, — скулила я в пустоту.

Телефон ожил в моих руках, как только я подняла его с пола. Я узнала фотографию мужа даже по отдельно светящимся кусочкам экрана. Но как ни нажимала пальцем по сенсорной поверхности, никакой реакции аппарата не следовало.

— Спасибо, — вынырнув из жутких воспоминаний, шепчу я. — Спасибо, — повторяю чуть громче и поворачиваю голову в сторону Марьяна.

Шок от произошедшего постепенно отступает, к конечностям возвращается спокойствие и слаженность действий. Даже удается выпить горячего чая, без страха обварить свои худые колени.

— Не за что, — поправив удлиненную челку, отвечает мой спаситель. — На моем месте так поступил бы каждый.

— Сомневаюсь, — горько усмехнувшись, смотрю на происходящее за окном. — Не все мужчины готовы лишиться хорошей работы, ради спасения какой-то малознакомой модели.

— Уж лучше голодать, чем с кем попало есть, — по-философски изрекает Марьян. — Мне, если честно, не слишком понравилось ассистировать этому напыщенному индюку. Вечером я хотел сообщить ему о своем уходе, но вышло как вышло. Единственное о чем жалею, что все так спонтанно вышло и я попросту я забыл забрать свои кровно заработанные гроши.

— Я могу заплатить тебе, — быстро тянусь за сумкой и достаю из кармана кошелек. Не рискую поднять глаза на собеседника, испытываю дикий стыд. Мне ужасно неловко от того, что этот милый парень из-за меня лишился заработка. — Скажи сколько я должна тебе за помощь. Не хочу, чтобы ты испытывал какие-либо трудности по моей вине.

— Остановись, Каролина, — большая ладонь Марьяна ложится поверх моего кошелька. Мы соприкасаемся пальцами, застываем буквально на мгновение. — Мне не нужны твои деньги.

— После того, как с твоей подачи Игнашевич ударился о мраморный умывальник, тебе вряд ли удастся быстро найти новую работу. Этот козел очень мстительный и за свой сломанный нос обязательно будет мстить. Он не даст ни тебе, ни мне работать с европейскими журналами.

— Ну и пусть.