Измена. Бежать или остаться (СИ)
— Нашему сыну год и четыре, — спокойно рассказывает бывшая помощница мужа. — Зовут Мирослав. — Ты врёшь. Нагло врёшь. Мой муж никогда не смотрел на тебя как на женщину, откуда вдруг общий ребенок? — Я готова сделать тест ДНК, — ехидный голос ненавистной мне женщины, заставляет сжаться всё внутренние органы. — Назар, скажи, что она врет. — Смотрю на мужа, а перед глазами всё расплывается. Слёзы предательски рвутся наружу. Со всех сил толкаю его в грудь. — Да ответь уже что-нибудь! Он молчит слишком долго, разбивая моё сердце на части. — Когда? — Помнишь командировку в Грецию, когда у него внезапно пропал телефон? День моего возвращения на подиум становится адом. Карьера летит вверх, а личная жизнь — в пропасть. У моего любимого мужа ребенок от другой женщины.
— Это пугает, — тяжело вздохнув, бормочет супруг.
Показываю ему язык и отворачиваюсь к окну. Ни за что не признаюсь, что уже неделю глотаю успокоительное. Чем ближе текущая календарная дата была к двадцать шестому декабря, тем тревожнее мне становилось.
Каждый вечер перед приходом мужа с работы, я репетировала сцену, где говорю ему, что отказываюсь лететь. А потом трусила. Я раз за разом попадала в объятия любимого мужчины и моментально прятала заготовленную речь до лучших времен. Которые в итоге так и не наступили.
Остальную часть пути мы с Назаром не разговариваем. Он раздает последние рабочие наставления перед полетом, я смотрю на зажигающиеся уличные фонари столицы.
Прощаться с городом не собираюсь, но меланхоличная тоска немного терзает и без того расклеенную душу. Сморю на заснеженные витрины как знакомых, так и до сих пор не посещенных заведений. Записываю в чертоги памяти фасады зданий, мимо которых ездила каждый день из дома в центр. Впитываю атмосферу родных и до боли знакомых улочек.
Мне уже всего этого не хватает. Я уже скучаю по дому.
Понятия не имею, когда вернусь сюда насовсем. Не тешу себя иллюзиями, что наше с Назаром пребывание в одной из европейских столиц продлится всего месяц. Такое возможно лишь в сказках. У маленького мальчика, у сына Назара раковая опухоль. Это не аппендицит или камни в желчном пузыре, одним скальпелем данную заразу не вылечить. Нужна химия, уход и, возможно, повторное хирургическое вмешательство.
То ли мой уровень стресса стал зашкаливать, то ли в принципе срок эффективности успокоительного не такой длинный, как я рассчитывала, оставляя блистер с таблетками дома, но чем ближе мы оказываемся к аэропорту, тем сильнее я начинаю тарабанить пальцами по дверной карте.
Сердце ускоряет ритм, дыхание учащается. Откидываю голову на подголовник и поджимаю губы. Тянусь рукой к Назару, чтобы переплести наши пальцы. Он сначала пытается отмахнуться, но я усиливаю хватку.
Мы вновь поменялись местами. Нервозность Назара ушла вместе с погружением в привычную рабочую среду.
Муж снова мой привычный островок спокойствия и безопасности, тихая гавань для моей неспокойной натуры.
Предстоящая встреча с Баженовой и их общим сыном холодит мои внутренности. Совсем скоро мы все столкнемся нос к носу. Считанные минуты остались до живой встречи с тем самым мальчиком с фотографии, который так увлеченно грыз погремушку.
Боюсь даже представлять, как это будет.
— Уверенна? — открыв дверь и подав мне руку, уточняет Назар. — Я пойму, если ты передумала.
Поравнявшись с мужем на тротуаре, без раздумий висну на его плечах.
— Я боюсь, Гор. — Жмусь носом к горячей шее любимого мужчины и с силой жмурю заслезившиеся глаза. — Совсем, совсем капельку.

















