Измена. Яд твоей \

Ну, я-то сначала с уговорами к дражайшей родительнице сунулся:

- Мам, готовила бы ты спокойно материал для докторской, а не вот это вот всё?

Она только улыбнулась, а дальше я повторял свои увещевания по телефону ей регулярно, но кому это?

Мама мне ещё и похвасталась:

- Как сказал наш завкафедрой: «Хвала пандемии, теперь мы умеем и так тоже», – хитро улыбнулась матушка и показала, как особо доверенные студенты настроили ей в палате место для ежедневных трансляций.

Дурдом какой-то. Честно.

Я, когда впервые у неё левого мужика застал, обалдел, как вернувшийся досрочно из командировки муж.

Ну и брякнул:

- Мать, это ты чего удумала? Тебя положили сюда отдыхать и не нервничать…

- Кир, знакомься, это Вадим, мой аспирант, – мама улыбнулась безмятежно, а в глазах ни капли раскаяния.

Ох, любимые и дорогие женщины, что же вы с нами творите?

- Да, мам, не живёшь ты скучно и нам с Андрюхой не даешь, – выдохнул устало.

Мне перепало крепкое рукопожатие и неожиданный вопрос:

- Андрей – ещё один сын?

- Андрей – её муж и будущий отец моей сестры, вообще-то, – фыркнул и покосился на матушку.

Мама зарозовела и тихо хихикнула.

Прелестно.

Парень этот, Вадим, оказался понятливый и быстренько свалил в туман, а мы уселись чаевничать.

Ну и про новости поговорить тоже.

- Ты не переживай, там Андрюху практически выписали, но он чуть задержится, – начал издалека и вроде с хорошего, но мама насторожилась сразу и бровью так вопросительно повела.

Вздохнул и понял, что придется про подробности неприятные говорить еще:

- Есть вопросики у следствия по поджогу. Но ты не волнуйся! Нет к нему претензий, с той стороны все нормально.

Ну и отец его, и тренер наш людей нужных нашли, всех, кого надо, подключили. Бабушка Адель и дед Сева про мэра вспомнили, так что чики пуки у них там все будет.

Смотрит мама неодобрительно, но тут такое дело: так есть.

- Я вот сейчас привёз тебе вещи, потом метнусь в апарты. Стирку там поставлю, а ты, главное, больше лежи, меньше работай.

Мама бурчит:

- Как теперь лежать и не нервничать?

И ведь позвонила после моего ухода тёте Саше и бабушке Адель. Хорошо, что я успел раньше с ними переговорить, и позиция у нас оказалась общая: «Самое важное – покой для мамы», так что они мою инфу подтвердили.

Чудесные женщины.

Тяжело с ними. Всеми.

Пока Андрюха с отцом и Михаилом Борисовичем носом там землю роют, чтобы прижать Олега Михайловича за все его подставы, я здесь маму караулю, как бы она ещё чего-нибудь занятного не придумала.

Реально, каждый день её навещаю, и каждый раз у неё что-нибудь происходит. То коллеги, то Вадим, то лекции дополнительные, потому что: «Ну, Кирюш, ну они очень просили, а мне нетрудно…».

Капец.