Герцог и я

– Пожалуйста, не уходите, – попросил он.

Голос был тих, но тверд, и без всяких видимых причин ее бросило в дрожь.

Она подняла голову и встретилась с ним взглядом.

– Дафна, простите мою резкость, – сказал он.

Будучи не в состоянии подобрать слов, она кивнула, однако Саймону хотелось остановить ее и все объяснить.

– Я не… – Он помолчал. – У нас с отцом были плохие отношения. Очень… Поэтому я… я не желаю говорить о нем.

Дафна посмотрела на него в немом удивлении: никогда еще в разговоре с ней он не подыскивал слова с таким трудом.

Он резко втянул воздух, потом выдохнул.

Что с ним происходит? Плохо себя чувствует?

– Когда вы упомянули о нем… – продолжил Саймон, но что-то по-прежнему мешало ему говорить. – Я сразу начал… Мои мысли обратились в прошлое, и я… Я не смог сдержать з…злости.

– Простите меня, – извинилась Дафна, не зная, что еще добавить.

– Злости не по отношению к вам, – продолжил герцог.

Взгляд его серо-голубых глаз уже не казался таким холодным, суровым, он заметно потеплел.

Саймон судорожно проглотил комок, мешавший дышать, и договорил:

– Я был зол на самого себя.

– И на отца? Но почему? – тихо спросила Дафна.

Он не ответил. Впрочем, она и не ждала от него этого.

Его рука все еще лежала на ее локте, и Дафна, прикрыв ее своей, ласково предложила:

– Не хотите ли прогуляться на свежем воздухе? У вас такой вид…

Саймон согласно кивнул:

– Да, пожалуй. А вы оставайтесь здесь. Энтони оторвет мне голову, если увидит нас вместе на веранде.

– Пусть отрывает голову себе! Мне надоела его опека!

– Бедняга всего лишь пытается быть для вас хорошим старшим братом.

Дафна с раздраженным недоумением уставилась на Саймона.

– Что-то не могу понять, на чьей вы стороне, милорд.

– Хорошо. Давайте немного прогуляемся. Но имейте в виду: одного брата я еще сумею выдержать, но если он призовет на помощь всех остальных, мне конец.

Дафна восприняла шутку с напряженной улыбкой и кивнула в сторону двери, выходящей на веранду. Рука Саймона крепче сжала ее локоть, они сделали уже несколько шагов к выходу, когда позади раздался громкий окрик:

– Гастингс!

Саймон мгновенно повернулся, мысленно отметив, что за короткое время после возвращения из своих странствий он уже привык к новому имени.

Это ему не понравилось. С большим удовольствием он продолжал бы носить свое прежнее имя – Клайвдон, не так напоминавшее об отце и обо всем, что с ним связано.

К нему подходил пожилой джентльмен, опирающийся на трость.

– Тот самый герцог, о котором я вам говорила, – успела шепнуть Дафна. – Кажется, его фамилия Мидлторп.

Саймон кивнул и оглянулся по сторонам, мечтая удрать или провалиться на месте, но деваться было некуда.

– Дорогой Гастингс, – сказал старик, подойдя вплотную и похлопывая Саймона по плечу.