Герцог и я

Какие там звезды!

– Какие?

Она хотела поддержать этот непринужденный разговор – любую болтовню, лишь бы вывести его из состояния напряжения, и была рада, когда он ответил на ее вопрос:

– Там очень яркие и большие звезды. Совсем не такие, как здесь, если даже иногда их и удается увидеть. И расположены совсем в других местах – звезды, созвездия.

– Как в других? Вы шутите.

Сейчас она спрашивала уже не просто ради поддержания разговора – ей стало любопытно.

– Вовсе нет. Посмотрите в любой книге по астрономии.

– М-м, – с сомнением произнесла она. – Не обещаю.

– Понимаю, я тоже не специалист в этой науке, но мне было интересно.

В Африке все другое. И небо тоже.

– Разве небо может быть другим?

– Оказалось, может. Как и люди.

Она вздохнула:

– Хотелось бы взглянуть на южное небо. Если бы я была энергичной, отчаянной и необыкновенной женщиной, о которой мужчины слагают стихи, я бы обязательно много путешествовала.

– О вас и так уже слагают стихи, – напомнил Саймон с чуть ироничной улыбкой, и она была рада, что он приходит в себя. – Только плохие, к сожалению.

Дафна рассмеялась:

– Все равно, зато это были стихи, а не проза.

И первый день в жизни, когда мне нанесли визит сразу шесть поклонников.

– Семь, – уточнил он. – Вы забыли обо мне.

– Да, семь. Но вы не в счет.

– О, Дафф, ты попала мне в самое сердце! Я ранен! – воскликнул он, подражая недавним словам Колина.

– Вам тоже следует выступать на сцене. Из вас с Колином получился бы отличный дуэт, – с улыбкой проговорила Дафна.

– Вряд ли, – возразил Саймон. – Да и Энтони не позволит Колину выступать со мной.

Упоминание о старшем брате стерло улыбку с ее лица, и, став серьезной, она сказала:

– Я пошутила насчет путешествий.

Таким скучным англичанкам, как я, лучше сидеть дома. Тем более что я люблю наш дом. В нем я счастлива."

"– Вы совсем не скучная англичанка, Дафна. А то, что вы счастливы, искренне радует меня, поверьте. Никогда еще я не встречал по-настоящему счастливых людей.

Ей почудилось, что сейчас он ближе к ней, чем минутой раньше, – он ли подвинулся, она ли случайно приблизилась к нему… Она не могла отстраниться, не могла отвести глаз от его лица.

– Саймон… – прошептали она.

– Мы здесь не одни, – сдавленно прозвучал его голос.

Дафна оглядела углы веранды. Кажется, никого. Шум голосов тоже затих. Это, однако, могло означать, что кто-то прислушивается или приглядывается к ним: какой-нибудь тайный агент леди Уистлдаун, – чтобы в следующей «Хронике» снова пустить по свету очередную сплетню.

Прямо перед ними раскинулся темный сад. Он звал в свое безлюдье и безмолвие. Такого огромного сада не было ни у одного из домов в центре Лондона, которые она знала. А здесь, в десяти милях от центра, он шелестел зеленой листвой, источал аромат цветов.