Капер

Аист стоил четыре шиллинга, пеликан — два, гусь — полтора, цыпленок — четыре пенса, черные дрозды — шиллинг за дюжину, жаворонки — восемь пенсов за дюжину,

— Буду есть в комнате, вместе с лордом Стонором, — ответил я. — Пока не голоден.

С удовольствием бы помылся в ушате, но такую услугу на английских постоялых дворах пока не оказывают. Дожди здесь идут так часто, что непонятно, зачем еще дома мыться?!

— Милорд так и сказал, но я решил уточнить, — улыбаясь так, будто путем непомерного насилия мозга правильно вычислил мой ответ, произнес Уил Бретен. — Музыкантов будете заказывать? Их надо предупредить заранее.

— Избави бог! — молвил я.

Хозяин постоялого двора опять улыбнулся правильности своих прогнозов, после чего вручил мне ключ от висячего замка, на который закрывалась комната, пожелал приятного отдыха под крышей его заведения и ушел.

Я подождал, когда слуга принесет начищенные чем-то жирным сапоги. Он долго объяснял мне, что теперь они не пропустят ни капли влаги, пока я не догадался и не дал ему маленький и легкий серебряный пенни.

Вечером на постоялый двор прибыли три фургона, пассажиров которых я из-за громких криков и позерства принял бы за цыган, если бы не имели чисто английскую внешность.

Я в это время сидел после сытного ужина на галерее, выковыривал из зубов остатки оленины в перечном соусе и размышлял о тяге некоторых людей к бродяжничеству. Сам принадлежу к таким. Если мы существуем, значит, это зачем-то надо природе. Вот я и думал, зачем? От купцов, ученых и даже воинов хоть какая-то польза есть, но ведь многие шляются просто так, без смысла и без цели.

— Вы кто такие? — крикнул я с галереи.

— Слуги графа Пембрука, милорд! — ответил высоким, бабьим голосом молодой мужчина с безволосым лицом.

"

"И действительно, на фургонах были нарисованы, а на плащах на левом плече у некоторых нашиты гербы графа Пембрукского, которые я не сразу опознал.

— А где сам граф? — поинтересовался я.

Интересно было бы сравнить, похожи ли потомки на Гилберта Фиц-Гилберта из младшей ветви Клеров, для которого и создал этот титул король Стефан во время Анархии, как теперь называют его войну с императрицей Мод, и с которым я мог породниться?

Молодой человек улыбнулся и ответил весело:

— Кто его знает, милорд! Скорее всего, в Лондоне!

Мне показалось странным, что слуги путешествуют без сеньора.

Решил, что перевозят его имущество в какое-нибудь из его владений в этих краях. Недоразумение объяснил лорд Стонор, который как раз вышел на галерею из своей комнаты.

— Это комедианты, — объяснил он. — Занятие у них не достойное порядочного поданного королевы, поэтому приравниваются к бродягам. За бродяжничество в первый раз бьют плетьми и клеймят раскаленным железом левое ухо, а во второй раз вешают.