Карающая богиня, или Выстрел в горячее сердце

А может… – Тут Марина внимательно взглянула в глаза Хохла, и тот сразу понял, о чем она подумала, заорал так, что она отшатнулась:

– И думать не смей! Я тебя в погреб запру, сверху бочку с капустой поставлю, чтоб не выбралась! Нельзя тебе в город, Бес такое западло выдумает, что ахнешь!

– Что ты орешь? – поморщилась Коваль. – Знаешь ведь, что бесполезно меня переубеждать, если я решила что-то сделать.

– Да я… я… я тебя… – давился гневом и словами Хохол, готовый порвать ее пополам за упрямство. – Неужели ради мента ты готова свою голову подставить?! Ты вообще хоть о ком-нибудь, кроме себя, думаешь?!

– Если ты о себе, то да, думаю. И думаю, что сейчас ты полез не туда, – спокойно ответила Марина. – Ты ведь не первый день рядом со мной, знаешь, что повлиять на меня сложно, а уж попытки что-то мне запретить – вообще дело гиблое. Игорь, ты сейчас в город поедешь? – повернулась она к Женькиному другу, и тот кивнул. – Отлично, я с тобой. Поехали, мне надо кое-что дома прихватить.

Она встала с одеяла, за ней рванулся Хохол, хватая за плечи и разворачивая к себе лицом:

– Ты что, Коваль?! Рехнулась?! Зачем тебе это надо, скажи?

– Затем, что в любой ситуации нужно оставаться человеком, Женя. Если бы я не позволила Ромашину настолько приблизиться ко мне, то ничего бы с ним не произошло. И теперь только я могу помочь.

Хохол отшвырнул ее от себя так, что она едва не свалилась:

– Дура-а-а! Какая же ты дура, Маринка! – простонал он, хватаясь за голову. – Как я могу спасти тебя, если ты сама, добровольно, подставляешься?

– Видимо, никак, – согласилась она. – А тебе не приходило в голову, что есть люди, которые просто не хотят, чтобы их спасали? Просто тупо не хотят?

– Маринка, одумайся, я прошу тебя, ведь у нас только-только все наладилось… Зачем ты опять заставляешь меня переживать и мучиться?

– Прекрати сериал! – приказала Марина, устав от его истерики. – Я все решила. Ты можешь не ехать, остаться здесь и подождать меня. Я вернусь сразу, как только все закончу, и мы еще поживем тут.

– Думать забудь! – мрачно отрезал Женька. – Иди в машину.

– За что тебя люблю, так за понятливость, дорогой мой, – улыбнулась она.

Баба Настя никак не могла взять в толк, с чего бы это они так резко собрались уезжать, все выспрашивала у Женьки:

– Ты что же, внучек, обиделся на старую ворону? Я ж ничего такого не имела…

– Бабуля, да ты ни при чем тут – дела у меня в городе, – отмахивался он.

– Мы еще приедем, баба Настя, – обняв ее за плечи, пообещала Марина. – Здесь так хорошо, что и курортов никаких не надо.

– Да, – поддержал ее Женька. – Сейчас разгребусь со своим, да и вернемся, помогу тут, чего не успел."

"– Изменился ты, внучек, – всхлипнула та.