Каждый за себя
Давно отгремели битвы Второй Корпоративной войны. И теперь благие корпорации ведут выживших к светлому созидательному будущему… Но почему же тогда мир делится на Чистую зону и Зону отчуждения? Где оно — всеобщее благоденствие? И почему высокая стена Периметра отгораживает стерильную корпоративную реальность от грязи бандитских трущоб? Отчего часовые на блокпостах носят у сердца логотип своей корпорации, а отчаянные бойцы групп быстрого реагирования перед каждым выездом подновляют те же логотипы на бортах своих машин? Чьего взгляда с Той Стороны они так боятся? Кому молятся в смрадных глубинах черных секторов люди, мало отличимые от зверей? Какие ценности остались в мире, в котором навсегда исчезло доверие и ценятся только хитрость и сила? Наконец, кто скрывается за личиной Трех и как он собирается разыграть внезапную карту — выпавшую из корпоративной обоймы Айю Геллан? Добро пожаловать в «дивный» мир будущего с секторами для элиты и отбросов, с докторами, торгующими органами, с безумными учеными, создающими смертоносные вирусы. В мир, где не осталось ничего, кроме расчета. В мир, где каждый сам за себя.
А потом оглушенную ударом и грохотом выстрелов Айю подхватило за шкирку и поволокло назад. О рёбра всеми углами бился левый пистолет-пулемёт, болтавшийся у Керро в петле. Тьфу ж ты… жопа! В квадрате! В кубе! Айка бежала, пригнувшись, а Керро еще успевал бить с правой руки короткими очередями вдоль улицы.
Потом двоих беглецов прикрыл угол здания, и девушка, вывернувшись, помчалась впереди спутника, однако перед очередным поворотом её снова ухватили за шкирку. Да мать же твою! Она едва не опрокинулась, выругалась, а Керро, вытянув из левого рукава тонкий видео-щуп, выставил миниатюрную камеру за угол.
— Вперед.
Первое слово с того момента, как он отшвырнул Айю в сторону. Оно словно спустило курок: Айя рванула во все лопатки, пока рейдер из-за угла отслеживал улицу через прицел. Прохожие, которых тут оказалось всего ничего, разбегались кто куда, стараясь укрыться в развалинах или прижаться к стенам.
А потом Керро догнал спутницу, однако лишь спустя квартал они, наконец, перешли с бега на шаг.
— Что там было? — спросила Айя, пытаясь восстановить дыхание.
Керро на миг задумался, видимо, анализируя случившееся, и коротко ответил:
— На захват стояли. Шестеро.
— На захват кого? Меня? — опешила девушка.
— Не знаю, — пожал плечами спутник. — Может, тебя. Может, меня за старые дела. Может, ещё кого… не спрашивать же было?
* * *Сообщение на очки Винсента Хейли:"
"«Благодарим за аппаратуру. Прими пример перехвата:
Исходящий адрес — черный одноразовый.
Адрес получателя — черный одноразовый.
«Какая тварь санкционировала и организовала захват объекта «Обидчик»? Теперь стоимость выкупа модуля удаленного доступа выросла раз в пять.
* * *Винс стоял в холле высотки связистов и с интересом рассматривал собственную голограмму. Трехмерное изображение выросло напротив и теперь сверлило его взглядом. Даже не по себе немного. Стоишь ты, а напротив тебя еще один ты, и вы смотрите друг на друга. Хочешь — можешь обойти, хочешь — гляди на себя самого снизу вверх… Тут-то и замечаешь такие мелочи, о которых прежде даже и не задумывался.
Например, белая полоска шрама на затылке, виднеющаяся под коротким ежиком волос. Или собственная спина, на которую можно смотреть, не выворачивая шею. Зрелище довольно сюрреалистичное. Винс, конечно, и раньше видел свою голограмму, но чтоб вот такую — в полный рост и настолько качественно отснятую… Пожалуй, впервые.
Вот ведь корейцы, хрен разберешь, чего они хотят такой презентацией сказать. Хотя, откровенно говоря, ломать над этим голову Винсенту было лень, денёк выдался изрядно суетным.














