Керимов Эмин (вынужденный брак)

Я давно уже не ребёнок. Мне просто интересно узнать, как устроены мужчины. А спросить про это мне особо и не у кого.

Эмин

Смотрю на неё маленькую и не могу скрыть улыбку. Что за кисель бродит в хорошенькой голове? Жизнь только-только ступает на взрослые рельсы, а Яра уже задаётся философскими вопросами: почему мужчины изменяют.

Что тебе ответить, моя маленькая? Глядя на тебя, у меня на языке крутится только один ответ. Но я не хочу обижать. Правду никто не любит — ранит больно, попадает точно в сердце.

Мужчины изменяют тем женщинам, которых не ценят. Вот и всё. Другой правды не существует. Любые оправдания измены — дурацкие отговорки, не более.

Сцепив на моей шеи пальцы в замок, Яра смотрит чувственным взглядом. Ответа ждёт. Губы свои кусает. Делает это кокетливо, хоть и сама не осознаёт, как соблазняет меня сейчас. Как заставляет держать свои желания под табу. Я тоже хочу кусать её губы. Целовать их с напором. Сминать жадно. Заставляя стонать.

— Что? — улыбается, невинно хлопая ресницами. — У меня в зубах застряла петрушка, иначе почему ты так на меня смотришь?

Качнув головой, прогоняю оттуда морок. Трезвею моментально. Яра — дочка человека, который заменил мне отца. Его любимая маленькая девочка. Я не имею права желать её, топтать этот невинный цветочек своими плотскими желаниями.

— Я пойду уже, — взяв Яру за запястья, убираю со своей шеи руки девочки.

— Бросаешь меня?

— Прости, Ярина. Дела.

Хочу уйти, но ноги будто к земле приколочены. Разуму не подчиняются.

— Но ты мне так и не ответил. Почему мужчины изменяют?

— Вырастешь — поймёшь, — ухмыляюсь и делаю крутой разворот. Но на моей руке в районе бицепса сжимаются тонкие пальцы Яры. И я останавливаюсь.

— Эмин, — тихо зовёт меня.

Оборачиваюсь. Мгновение смотрю на Яру. А она прижимается к моей груди вплотную, руками обнимает за плечи. И привстав на цыпочках, несмело касается губами моих губ. Её губы мягкие. И сладкие.

Усмехаюсь секунду.

Что же ты делаешь со мной, девочка?

Ты же под плаху подводишь.

Обхватываю стройную талию рукой, второй хватаюсь за затылок. Жадно впиваюсь в манящие губы. С напором толкаюсь в рот языком. И пью её первый стон.

Моя маленькая девочка, ты такая сладкая. И если не остановишь — я тебя съем. Я давно голодный. В твою сторону боялся дышать. Но сейчас, когда твои губы податливо открываются навстречу моим, а язык робко заползает в мой рот, я с трудом могу дать заднюю.

Скорость на максимуме. Разгоняемся за минуту. И вот уже её руки ныряют под мою рубашку. Касаются моей голой кожи.

— Остановись, — ненадолго прерываю поцелуй, когда ловкие пальцы начинают возиться с пуговицами на моей рубашке.

— Не хочу останавливаться, — упрямо качает головой и снова тянется к моим губам."

"— Ты возбуждаешь меня, Яра.