Опальная жена. Пекарня на краю севера

Вы сами вели дочь к алтарю! А теперь мне говорят, что у вас нет дочери. Что это – сумасшествие или заговор?

– Прошу, успокойтесь, Виктор. То, что я скажу… Хм-м-м… Моя дочь. Ваша жена. Эта бесстыдница наглым образом сбежала и дома.

Я едва не поперхнулся воздухом. Рухнул в кресло, будто ноги внезапно отказались меня держать. Слова Вейра прозвучали как удар грома среди ясного неба.

– Сбежала? – повторил я, чувствуя, как реальность вокруг меня начинает плыть и рассыпаться. – Но… как? Куда?

Мой взгляд упал на бокал с бренди, который Вейр поставил на столик рядом со мной.

Я почти инстинктивно схватил его и сделал большой глоток. Жидкость прокатилась вниз по горлу, оставляя за собой огненный след.

– Виктор, вы должны понять… – голос Вейра продолжал звучать холодно и отстранённо. – Сами знаете, ситуация у нас возникла деликатная.

Мужчина сделал паузу.

– Видите ли, – продолжил он. – когда вы покинули поместье, события здесь развивались… стремительно. Анна исчезла той же ночью.

– То есть взяла и исчезла? Никто не видел её?

Вейр сделал глубокий, тягучий вдох. Его взгляд на мгновение затуманился, словно он блуждал по лабиринтам собственных мыслей, тщательно отбирая каждое слово, взвешивая их значение на невидимых весах.

– Я полагаю… – наконец произнёс он с отчётливой расстановкой, – она ускакала верхом, предусмотрительно облегчив мой кошелёк на весьма существенную сумму.

– Ускакала? На лошади?

– Точнее, она украла вашего коня, Виктор, – отчеканил Вейр.

Мир вокруг меня содрогнулся и в очередной раз поплыл, словно дешёвая декорация в провинциальном театре. Звуки отдалились, приглушились, будто кто-то накрыл реальность плотным саваном.

Слова графа эхом отдавались в моей голове, множась и искажаясь: “Украла вашего коня… вашего коня… коня…”

– Моего… Шторма? – выдавил я из пересохшего горла.

Вейр кивнул, наблюдая за мной из-под полуопущенных век.

– Именно так, генерал. Я был так же удивлён, как и вы сейчас. Весьма… неожиданный поворот событий.

Мой взгляд расфокусировался. Предметы в комнате начали двоиться, расплываться, будто я смотрел на них сквозь толщу воды. Шторм – боевой конь, выдрессированный для сражений, послушный только моему голосу и… хрупкая, изящная Анна с её тонкими запястьями и нежными ладонями… Абсурд.

Нелепица. Невозможно!

Ком в горле мешал мне дышать. Я стиснул резные подлокотники кресла с такой силой, что древесина едва слышно застонала.

– Как… – каждое слово приходилось выталкивать из себя, – как ваши слуги могут не знать вашу собственную дочь?

– Виктор, – граф Вейр подался вперёд, сложив длинные бледные пальцы домиком, – я не большой любитель признаваться в собственных… способностях.