Опальная жена. Пекарня на краю севера

Мой муж – шёл сквозь пламя. На его плече, как мешок муки, висел Март…

Виктор в несколько широких шагов преодолел расстояние до ближайшего сугроба и опустил туда тело Марта.

– Вызовете целителей! – рыкнул Виктор, после чего сделал несколько странных пассов руками. Его пальцы сложились в необычные фигуры, губы беззвучно зашевелились.

Воздух вокруг него начал дрожать. А потом случилось невероятное. Пламя, бушевавшее во всю мощь, вдруг замерло, словно застыло во времени. Огненные языки перестали плясать и вытянулись, указывая в небо, как тысячи огненных пальцев. На мгновение наступила абсолютная тишина – даже треск горящего дерева прекратился.

И тут же, будто по команде, огонь начал складываться сам в себя – точно гигантский веер, который складывают невидимые руки. Пламя стягивалось к центру, уменьшаясь, сжимаясь, концентрируясь в одной точке.

Воздух загудел, и последние языки пламени схлопнулись. Ослепительная вспышка заставила всех зажмуриться. Когда же мы открыли глаза, на месте пожара зияло лишь обугленное, дымящееся здание, над которым повисла густая сизая пелена.

Виктор опустил руки. Плечи его поникли, на лице застыла глубокая усталость…

Он медленно обернулся. Сделал шаг… ещё один. И вдруг рухнул в сугроб рядом со мной.

– Ты… – выдохнула я едва слышно. – Ты… Я думала, ты уехал.

– Забыла? – усмехнулся он. – Я же сказал – никуда не уеду. Что случилось?

– Это… это я… – голос сорвался, меня затрясло. – Моя вина! Моя вина!

– Ты ни в чём не виновата.

Рыдания выворачивали наизнанку. Я не сразу сообразила, как Виктор притянул меня к себе. Как прижал подбородок к моей макушке. Голоса вокруг растворились в неразборчивом гуле.

– Дыши, – пробилось сквозь пелену. – Дыши, Анна.

Но лёгкие не слушались. Весь мир сжался до пульсирующей боли в висках. Перед глазами заплясали чернильные пятна, которые сливались с дымом и ночной тьмой. Мгновение, и я потеряла сознание…

Глава 42.

Глава 42

Пришла в себя дома. В комнате. Пропахшая дымом и своим же страхом. Шторы были задёрнуты, но сквозь щели в ткани упрямо пробивались лучи солнца. Они не просто светили – они ползали по стенам и потолку, причудливыми золотыми змейками, живыми и навязчивыми, высвечивая кружащиеся в воздухе пылинки.

Как я здесь оказалась? Не помню… Память была пуста, как выскобленная скорлупа. Совершенно ничего. Лишь туманная тревога и тяжесть во всём теле.

Попыталась приподняться на локтях, и тут же – взрыв. Острая боль, будто раскалённый гвоздь вогнали прямо в висок.

С глухим стоном я рухнула обратно на подушку и закрыла глаза. Сделала глубокий вдох – и вдруг на меня накатило. Не воспоминания – обрывки. Огненные языки, пронзительные крики и искры… целые россыпи раскалённых искр, падающие с неба, как адский дождь.