Хозяин дубравы. Том 1. Желудь

— А по рекам зимой в гости к соседям ходить?

— Опасно, — покачал головой Вернидуб. — Полыней много. Реки не крепко схватываются. Да и оттепели бывают. Подтает, а потом снегом засыпает. С виду — крепко. Ступишь — не держит.

— Климатический оптимум… — тяжело вздохнул Неждан, произнеся эти слова по-русски.

— Что?

— Не обращай внимания. — отмахнулся он. — Тебе самому что ближе к сердцу? Камни сначала собирать, а потом руду или сразу руду?

— Руду. Если уголь получится по зиме добыть — лучше железом заниматься. Как летом будущим сложится — никто не знает. И каждый кусочек железа может оказаться бесценным.

Отвлекаться нам сейчас на камни — пустое.

— Хорошо, — кивнул парень.

Деревянными башмаками расчистил немного земли. И взяв палочку, начал прикидывать сколько нужны той руды.

— А что ты такое делаешь?

— Считаю, — буркнул Неждан. — Вот смотри. В корчагу влезает полсотни килограмм руды. Примерно. — указал парень на число. — Хотя тут лучше считать нам в римских либрах. Они сколько? Хм… Эм… Пусть будет три либры в килограмме[1]. Округлено. Тогда получает полторы сотни… — продолжал он черкать на земле палочкой, время от времени что-то подтирая и поясняя.

Вернидуб пялился же то на него, то на эти записи натурально выпученными глазами. Слушать слушал. И… уплывал. Он и считать нормально не умел. Только до десяти. А тут — такое…

— Содержание железа в лимоните… хм… сколько же там? Ты, случаем не помнишь? — спросил Неждан у седого.

Тот молча и весьма энергично замотал головой. Судя по всему, он и о лимоните первый раз слышал.

— От двадцати до сорока процентов… кажется, — задумчиво произнес парень. — Но в кричном горне редко больше десяти получается взять.

Хм…

— Ты сейчас с кем разговариваешь? — осторожно спросил Вернидуб.

— А? — откликнулся Неждан, словно выплывая из своих мыслей.

— Ты сейчас со мной говорил?

— А тут разве есть кто-то еще? — оглянулся он. — Что-то не так?

— У тебя взгляд стал странный и ты словно куда-то провалился. Знаки какие-то на земле начал черкать. Да говорить будто с кем-то иным про совершенно непонятные вещи.

Парень замер, внимательно глядя ему в глаза.

Отвлекся.

Увлекся.

И вот, снова создал ненужный мистический прецедент.

Вон — судя по виду и взгляду седого, тому какая-то чертовщина почудилась снова.

— Тебе эти знаки непонятны, что ли? — после затянувшейся паузы, спросил Неждан, прекрасно зная ответ. Но перевести тему требовалось.

— Первый раз их вижу. Что у ромеев, что у эллинов ничего похожего даже не примечал. Хотя они любят знаки всякие малевать везде.

— Это — цифры. Один, два… — начал перечислять их парень, рисуя.

Вернидуб задал уточняющий вопрос.

И понеслось.

Следующие часа три они провели, чиркая всякое на земле.