Хроники сыска

Его беспокоит мое будущее, и это беспокойство только добивает его! Все из-за этих проклятых денег.

Дело в том, что Нефедьевы очень богаты, но богатство их особенное. Папа владеет заповедным имением[100] площадью более тридцати тысяч десятин, в Варнавинском уезде Костромской губернии. Это дает почти сто тысяч годового дохода, а в будущем даст и еще больше. Обратил имение в заповедное мой дед, еще в пятьдесят первом году; он же и упросил государя разрешить. Папа тогда было двадцать лет, и он проявлял себя как большой мот. Дедушка боялся, что его старший сын проиграет все в пух, и решил сохранить земли таким способом. Спустя столько лет его решение бьет по нам! Ведь я – единственный ребенок и как женщина не могу быть наследницей майората. Хотя у отца есть еще младший брат, Евдоким.

– А он имеет сыновей?

– Нет, дядя бездетен и никогда не был женат. Мне кажется, ему и не хочется ни с кем себя связывать. Бывают такие люди, которым лучше всего с самим собой…

– Бывают, – согласился Лыков, незаметно, как ему казалось, присматриваясь к гостье. – Но вернемся к убитому гимназисту.

– Да, конечно. Осенью, когда папа понял, что не доживет до моего замужества и появления внука мужеского пола, он уговорил дядю Евдокима удочерить меня. Заранее, до его… ну, вы понимаете. Тогда имение перейдет к дяде, а когда у меня появятся дети, они станут законными наследниками.

– И дядя согласился?

– Да. Но не спешил оформить. Он все откладывал, откладывал… И дотянул до появления того человека, о котором я и пришла рассказать.

– Я попробую догадаться. К вашему отцу пришел незнакомый юноша и сказал, что он его сын. Причем рожденный в законном браке.

– Как вы это узнали? – поразилась Нефедьева. – И что еще вам известно?

– Далеко не все. Юноша, явившийся к Александру Евгеньевичу, и был убитый впоследствии гимназист Михаил Обыденнов.

– И он не солгал? Он действительно мой кровный брат и законный сын папа?

– Этого мы пока не знаем. Сам Обыденнов был в этом убежден. И достал какие-то бумаги, подтверждающие, как ему казалось, его слова. Мы полагаем, что кто-то принял гимназиста всерьез – и убил.

– По вашему, папа имеет к этому отношение?

– Извините, но… Ищи того, кому выгодно. А ему появление Обыденнова с претензиями на наследство было как нож острый.

– Да. Я постепенно это поняла. Папа хотел спасти меня, а погубил свою душу!

– Вы это наверное знаете?

– Он сам так сказал.

– Расскажите все по порядку и как можно подробнее.

– Этот юноша – Обыденнов, как вы сказали – появился у нас в доме неделю назад. Его провел к папа камердинер Ипатий. Он еще из дворовых. Очень старый и преданный, Ипатий – как член семьи. Я ничего не знала, но услышала из своей комнаты громкие голоса.