Клад тверских бунтарей

— Добро, — ответил князь Микулинский.

— А насчет Воронова я спросил потому, что именно его обоз был разграблен разбойниками в то же время, когда исчез отряд воеводы Кузнеца. Или я что-то путаю?

— Нет, так и было.

— Как ты считаешь, боярин случайно отправил свой обоз одновременно с выходом из Твери отряда Кузнеца?

— Нет. Всеволод Михайлович не скрывал этого. Он специально послал обоз одновременно с дружиной Кузнеца, дабы обезопасить его. Кто же знал, что Меченый даже в этих условиях решится на разбой?

Савельев посмотрел на Микулинского и проговорил:

— Меченый мог решиться на разбой только в том случае, если был уверен в том, что все у него получится. Иначе он не послал бы своих разбойников на столь отчаянное дело. Он прекрасно знал, когда и где пойдут обоз Воронова и царская дружина. Как мыслишь, Дмитрий Иванович, откуда он мог проведать об этом?

Тверской князь чуть подумал и ответил:

— Сборы дружины видели многие. Подготовку выхода не утаишь. О том и бояре знали, и чернь. А вот об обозе Воронова — только те люди, которые им занимались. Боярин до сих пор ломает голову, не может взять в толк, как Меченый проведал о его обозе и зачем ограбил его. Ведь в нем ничего ценного для разбойников не было.

— Ломает голову, говоришь, князь? Ладно, побеседуем с ним, тогда, может, и поймем, зачем главарю шайки понадобился обоз. А что ты мне скажешь о Меченом?

Микулинский встал с кресла, прошелся по зале.

— Главарем шайки считается Игнат Брыло, беглый холоп. У него морда расписана ордынской саблей. В шайке где-то три десятка разбойников, с семьями больше ста человек выйдет. Хоронятся они среди болот Черного леса. Точного места никто не ведает. Я думаю, у них там целая деревня.

— Разбойники с семьями прячутся в Черном лесу. Значит, они как-то зашли туда. Получается, что беглые холопы знают о тайных тропах на болотах, а жители города, окрестных сел и деревень — нет. Этого просто не может быть.

Микулинский кивнул и сказал:

— Не может, но есть, князь. В это трудно поверить, но сколько народа мои люди ни опрашивали, никто о тропах Черного леса ничего не сказал. Я не единожды посылал туда своих ратников. Они заходили со всех сторон и повсюду упирались в топь."

"— Ты хочешь сказать, что твои ратники обследовали каждую сажень окраин леса и не нашли ни единой тропы?

— Каждую сажень обследовать невозможно. Для этого всем воинам пришлось бы уйти из города на месяц, никак не менее. Черный лес большой. Оставить крепость без ратников я не мог.

— В общем, как я понимаю, осмотр окраин леса проводился весьма небрежно.

— Да, так оно и было, Дмитрий Владимирович. Чего уж греха таить, ратники особого рвения в этом деле не проявляли.

— Но кто-то обязательно знает, как пройти через Черный лес. Таких людей должно быть не так уж и мало.