Клад тверских бунтарей

Он сам-то на месте сейчас?

— Дома, где ж ему быть. Ждите.

Вскоре появился взрослый мужик и осведомился:

— Кто такие, откуда и зачем приехали?

Гордей улыбнулся и сказал:

— Здравия тебе, добрый человек!

— Благодарствую. Так кто вы, откуда и по какой надобности к боярину?

— Да вот ищем пристанища. Я Гордей Бессонов, со мной сын мой. — Он указал на Власа. — Мотаемся по краю, ищем, где устроиться на житье.

— Свободные, что ли?

— Свободные, откупились от холопства.

— А где до того жили?

— На Москве.

Мужик удивился и спросил:

— Что, на Москве места для житья не нашлось? У нас, напротив, многие в столицу стараются перебраться, а вы оттуда к нам приехали. Почему так?

— Да надоела нам Москва, суетно там стало. Ты-то тут кто?

— Ключник боярина, Василь Бобрик.

— Возможно ли у вас остановиться?

— А чего у нас, не в Твери или в каком другом месте? Или вы просто в первое же по дороге село заехали?

— Нет, — сказал Бессонов. — Мы и в Твери были, и всю округу проехали. В городе то же самое, что и на Москве. А вот ваше село нам приглянулось. Тихо тут, Тверь недалеко, рядом река, леса. Место очень хорошее.

— Это да.

— Так мы можем поговорить с боярином, или он с такими простолюдинами, как мы, не якшается?

— Отчего же? Всеволод Михайлович доброй души человек. Холопов особо не притесняет, рукам волю редко дает, да и то по делу. Пойду, спрошу, примет ли он вас. У него, чай, тоже дела есть.

— Узнай да скажи, что мы не простые мужики, не бродяги. Я мастер резьбы по дереву. Сын осваивает мое ремесло, никакой другой работы тоже не чурается.

— А чего вы без баб?

Бессонов изобразил скорбь и ответил:

— Да померли наши бабы. Супружница моя да дочь. Задохнулись они при великом пожаре три года назад.

— От всей души соболезную.

— Спасибо.

— Значит, ты мастер резьбы по дереву?

— Да."

"— Обожди-ка. — Ключник ушел, скоро вернулся, приказал Саньке присмотреть за лошадью да скарбом в телеге, Бессонову же сказал: — Заходите, хозяин примет.

— Угу. — Бессонов прошел во внутренний двор.

Воронов стоял на крыльце.

— Долгих лет тебе, боярин, — сказал Гордей и низко поклонился.

То же самое сделал и Влас.

— И вам того же, путники. Представьтесь и растолкуйте, о чем говорить желаете?

Бессонов назвался, представил сына и слово в слово повторил все то, что говорил ключнику.

Боярин погладил бороду.

— Значит, приглянулось вам наше село?

— Приглянулось, боярин.

— Да, у нас тут хорошо. Значит, ты мастер резьбы по дереву?

— Так.

— Где до Дубино были?

Бессонов ответил. Он рассказал о жизни на Москве у боярина Рыжова, которого на самом деле и в глаза ни разу не видел, описал, как вольную получил, выложил все, что интересовало Воронова.

— А ну покажи грамоту об откупе! — приказал тот.

— Ага, сейчас.