Князь

"

"Минут за десять они в сопровождении трех бояр поднялись на вершину – и впереди открылся обширный, версты на три, пологий спуск, переходящий в испещренное проталинами поле, которое вполне могло оказаться замерзшим озером. Где-то посередине между вершиной и полем начинались ивовые заросли высотой примерно в полтора человеческих роста – аккурат со всадника. Заросли спускались почти на версту и расходились версты на три в стороны, плавно переходя с одного края в березняк, а с другого – в густую дубраву. От копыт скакунов до кустарника земля уже успела оттаять и лежала голая, покрытая жухлой листвой.

– Глянь, друже, – натянул поводья Федор Друцкий. – Тут уже весна.

– Это верно, – согласился Зверев. – Боюсь только, если кто в нее поверит, первой же ночью вымерзнет. Ну, и где тут хваленые жирные зайцы?

– В лесах снег еще высокий, а в кустах уже сошел. Опять же – кора. Где еще, как не внизу?

Охотники пустили коней шагом, приглядываясь к ивняку. Когда до зарослей оставалось саженей десять, у одного из косых не выдержали нервы – белый комок метнулся с края поля в низкую поросль, стремительно заскакал меж голых прутьев.

Зимний мех, спасавший зверька зимой, теперь, на темных проталинах, стал его предателем.

– Ату!

Все пятеро всадников повернули следом, но Андрей оказался самым быстрым. Он промчался через молодой ивовый куст, пригнувшись, проскочил под суком высокого дерева, перемахнул какой-то сугроб, еще один. Заяц, как ни старался, а умчаться от резвого жеребца не мог. Вот до него осталось пять саженей. Три…

Зверев наклонился вперед, занося руку для удара, и… Конь вдруг ухнулся куда-то вниз, резко остановился. Андрей полетел из седла и только чудом удержался – не благодаря ловкости, а запутавшись в стременах.

Гнедой, возмущенно фыркая, резкими скачками начал выбираться из низины, полной снега почти ему по брюхо, – наст, выдержавший зайца, под тяжестью всадника, естественно, провалился.

– Ты цел, княже?! – Федор Друцкий осадил скакуна саженях в сорока.

– И заяц тоже! – возмущенно ответил Андрей. – Кто клялся, что снег на горе сошел, японская сила?!

– Почти везде сошел, княже, – со смехом ответил Федор Юрьевич. – Ладно, повезло косому. Тут еще найдется.

Больно резво ты пошел. Я бы упредил, что ямина тут старая.

– Заяц! – Двое бояр отвернули влево, кони их, срываясь с места в карьер, сделали несколько прыжков.

– Скорее, княже! – заторопил Друцкий. – Нагоним!

Но к тому времени, когда гнедой, фыркая, выбрался наконец в ивовую поросль, охотники, грустные, уже возвращались.

– Ушел, бестия! Как сквозь землю провалился!

И тут у них прямо из-под копыт порскнул в сторону белый комок.

– Стой! – Бояре помчались следом.

Андрей рванулся наперехват.