Князь

Однако же усадьбы тут пока нет, выйти после ночлега в трапезную или перейти в горницу все равно не получится. Опять же, на ушкуе людская есть – в кормовой надстройке. А в деревенском доме холопов вовсе в хлев или овин загонять придется. Амбара-то приличного, может статься, в отведенном приказчиком доме и не найдется. Крепкий амбар только хороший хозяин отстроит – а таких в княжестве Зверев пока не замечал. – Даже не знаю. Может, ты и права."

"– Чего сомневаться, Андрей? Корабль ведь наш! Никто его никуда не ушлет, никому пожитного платить не нужно.

– Однако к старосте здешнему и смердам выйти тебе все равно нужно.

Хозяйку они должны увидеть. Так что поднимайся и пойдем.

Пока они одевались и собирались, в деревне на взгорке успели не только заметить прибытие гостей, но и подготовиться к встрече. Когда князь и княгиня в сопровождении двух холопов поднялись наверх, пышноусый, коротконогий Фрол, Никитин сын, успел не просто переодеться в чистую рубаху и шаровары, но и доставить каравай, в выемку на макушке которого была насыпана соль. Держала хлеб краснощекая девица в сатиновом платке и сарафане с вышитым зеленой нитью синим верхом и красной юбкой, начинающейся сразу из-под высокой груди.

– Здравия тебе желаем, батюшка князь, – в пояс поклонился староста, и его поклон в точности повторила девица с подношением. – И тебе здравия, матушка княгиня.

– И тебе здоровья, – кивнул ему Зверев, принял положенный на чистое полотенце хлеб, отломил край, макнул в соль, прожевал, передал каравай жене. Та тоже откушала хлеба, передала подарок Пахому. Дядька есть не стал: не по чину.

– Рады видеть вас, господа наши любимые, долгожданные. Как доплыли, не случилось ли чего в дороге, не устали ли вы, не желаете ли отдохнуть в своих владениях?

– Благодарю за заботу, Фрол, добрались неплохо.

Судно у нас крепкое, не устаешь на нем, а от забот отдыхаешь. Посему дома нам можешь не готовить, на ушкуе мы пока поживем.

– А на дно сесть не боитесь, Андрей Васильевич? А ну, пересохнет река – как же тогда?

– Отчего ж ей пересохнуть? – насторожился Зверев. – Нечто такое бывает?

– А как же, батюшка, – всплеснула руками девица. – Через два года на третий случается. Как год сухой, так порог Тайпаловский затихает, а во Вьюне вода так садится – курица вброд перейдет.

В Ладогу и вовсе ничего не течет, отмель одна. Вся вода в болотах здешних остается.

– И долго это длится?

– Иной раз и до осени реки нет, – ответил Фрол. – До самых дождей. А там, глядишь, и порог просыпается, и во Вьюне вода подрастает.

– Коли так, место у причала углубить надобно будет, или козлы приготовить, чтобы корабль на него опускать, – решил Андрей. – Беда небольшая, мы летом уезжать не собираемся. Пора в княжестве хозяйством заняться, а то захирело совсем.