Князь

Правда, тысячи слишком мало против тридцати-сорока тысяч татар… Но Зверев тоже в росписи одним числился, ан в поход тридцать крепких ребят с собой привел. За каждым боярином десять-двадцать холопов — и это уже получатся полнокровные пятнадцать тысяч. Не сорок — но сила вполне реальная.

— Еремей! — закричал вниз Андрей. — Ярыга, ты где? Коня седлай срочно! Время горит…

Торопился он зря. В великокняжеский дворец его не пустили. Государь перед дальним походом решил навестить супругу — а женская половина в царском доме, что сейф в швейцарском банке. Не докричишься, не дозовешься.

Отца родного к жене не впустят, не то что постороннего просителя. Побродив под стенами, князь Сакульский махнул рукой и вернулся обратно к себе.

* * *Сбор был назначен возле белокаменного Новодевичьего монастыря, державшего под прицелом своих пушек броды через Москву-реку. Место, удобное для всех опричников. Рядом со столицей — для горожан близко. На перекрестье дорог — хорошо тем, кто напоследок решил в поместье заскочить. Для государя важно, что перед дальней дорогой он в Смоленском соборе смог службу отстоять. Да и вообще символично: начинать путь на Казань от памятника, воздвигнутого в честь возвращения Смоленска в лоно России.

"

"Своих холопов Зверев одел в броню — пусть привыкают к тяжести на плечах. Чтобы, как до сечи дойдет, кольчуги и колонтари второй кожей казались. Да и сам не поленился, на стеганый поддоспешник, набитый конским волосом пополам с ватой, накинул тяжелый трехслойный бахтерец суздальской работы. Дорогая штука — зато и пулю, и рубящие удары по груди удержит. Пахом ему еще и куяк приготовил — овчинную жилетку с нашитой на нее стальной чешуей, — но это был уже явный перебор.

Сваришься от жары. Хорошо, хоть пасмурно пока.

К удовольствию Зверева, его примеру последовали очень многие бояре, и собравшаяся на утоптанном берегу Москвы рать сверкала железом, словно собиралась на какой-то праздник. Обозов при рати не имелось. Как, кстати, и у самого князя Сакульского. Приказ отправить съестные припасы на ладьях, а все прочие — обозом Пахом получил уже через день после того, как его отдал Адашеву государь. С чем с чем, а с делопроизводством у дьяка Алексея Федоровича дело было поставлено отлично.

В итоге пищали, порох и пули, запас стрел, подменные рогатины, запасная броня и кое-что из оружия — все это укатилось на повозках куда-то на восток под приглядом троих холопов, чтобы встретить своих владельцев в Свияжске. При дружине осталось по одной рогатине и одному щиту у каждого да два лука и два колчана стрел на всех — у Андрея и дядьки. Этого могло хватить только на одну серьезную стычку — не более того.

Зато с числом избранной тысячи Зверев угадал почти в десятку.