Князь

А коли довелось бы семью завести, детей родить — так ни часа без страха не провел бы, боясь, как бы не украли детей твоих, в рабство не продали, как бы сарацин знатный дочерей твоих в гарем не забрал, не надругался для потехи пустой, за море не продал бы…

— Что ты несешь, старик? — не понял Андрей. — Какие сарацины? Какие гаремы? Двадцать первый век наступил! Каменные дома, электричество, компьютеры, Интернет."

"— Не знаю, о чем молвить, отрок, — покачал головой колдун. — Но будущее ведомо мне достоверно, до самых дальних веков. Заклятием своим, через зеркало Велесово, в будущее не раз я заглядывал.

Посему знаю я, что через полвека сгинет Русь моя, не останется о ней ни слова, ни памяти. Оттого и срок жизни я себе такой назначил: полста лет еще, и все. Вместе с Русью и я этот мир покину. Лгать мне про время, что через четыре века наступит, ни к чему. Знаю я его. Без голода у вас там ни дня единого не проходит. Почки еловые кушаете, лебеду да ботву от репы. Про мясо токмо от предков да от женщин продажных слышали. Надеваете, что после мертвых остается али сарацины богатые рабам своим бросят, а те побрезгуют.

— Проклятье! Да говорю тебе, упрямый старик, нет там никаких сарацин! Мясо мы каждый день трескаем пополам с сосисками! А одежды всякой у меня столько, что шкаф не закрывается, под диваном все забито, и еще на даче старье валяется! И дом у нас каменный, пятиэтажный, в нем квартира отдельная!

— Ты лжешь, отрок, — поморщился колдун. — Зачем? Зеркало Велеса никогда не ошибается, и я знаю все. Судьба твоя была вырасти рабом жалким — я же тебе имя и судьбу дал боярскую, почетную. Почто не радуешься счастью своему? Почто лжешь, рану в душе моей бередишь, почто обратно в рабство просишься? Ступай домой и благодари иноземных богов своих, что не разгневался я, не покарал тебя за дерзость дурную, не наградил тебя соразмерно словам твоим.

Но не ради тебя милостив я ныне, а токмо ради тела твоего, семя в котором на будущее сохранить желаю! А теперь ступай. Ты мешаешь мне кушать.

— Я не спорить с тобой пришел! — Зверев махнул саблей, срубив угол стола. — Мне плевать, что ты думаешь обо мне, о прошлом и будущем. Просто верни меня домой!

— Это невозможно, неразумное чадо.

 — Колдун оторвал цыпленку лапу и принялся ее обгладывать. — Никак невозможно. Тебе придется остаться здесь.

— Как затащил сюда, старик, так и верни. — Новик положил саблю ему на плечо и чуть повернул, прижимая лезвие к шее. — Возвращай, или я снесу твою дурную голову. Или, думаешь, не смогу?

— Сможешь, — сглотнул волхв, но скорее, не со страху, а просто проглатывая кусочек мяса. — От тебя пахнет кровью, отрок. Значит, ты уже убивал. Умеешь.