Князь

Давай же, беги, беги, беги…

Он вытолкал попика наружу, сам скинул пояс с оружием, вогнал нож в косяк у створки вместо несуществующего засова и для надежности расклинил щель саблей. Потом подошел к постели, достал из поясной сумки заговоренный кисет, свечи, мелок и немного кладбищенской земли.

— Да, на простынях ничего не нарисуешь, — постоял возле постели ученик чародея. — Придется лезть в пыль.

Забравшись под низкий дощатый каркас кровати, князь нарисовал посередине, под телом царя, соломонову звезду, в центре высыпал горсть суглинка, зажег в вершинах свечи.

— Главное, чтобы постель не занялась, — перекрестился он и тут же снял крест. Подержал в руке — и надел обратно. Лютобор сказывал, что нужен любой заговор, защищающий от порчи. Так почему бы не использовать христианский?

— Изведите страх и презренье, от людей гоненье. Возьмите мои скорби, возьмите мои печали, возьмите мои беды, — начал он, торопливо крестясь. — Выгоняю из дома сего всякого нечистого духа именем Господним, духом Святым, крестом животворящим, травою лютой, молитвами Святых, отсылаю адского князя. Выведи из жилища своего нечистого духа и дай опять старому хозяину, прибери на свои прежния руки, пошли его в черную глубину, заключи его навеки в черной глубине тремя ключами железными, тремя замками булатными, запечатай его тремя печатями Соломоновыми, заключи его тремя заклятиями Господними.

Пойди, нечистый дух, в свое место, где был и куда тебя Господь Бог, Иисус Христос послал и где тебе велел жить — в бездну преисподнюю, в землю пустую неделанную, туда и поди, там и живи, а жилище сие оставь навсегда, отныне и довеку. Приходи, ночь темная, забирай духа черного за черные топи, за черные боры, в черную мглу. Аминь.

Иоанн забился в судорогах, изогнулся дугой — и вдруг выпустил нечто, похожее на колечко сигаретного дыма. Дуновение дрогнуло, покачалось и нырнуло вниз. Зверев упал следом, поскорее сгреб землю в мешочек, затянул узел и потушил свечи, над которыми уже появились черные пятнышки.

— Что… — послышался кашель. — Что здесь происходит?

Князь Сакульский выполз из-под кровати и увидел, что болящий уже сидит в постели, опираясь на руки.

— Ничего страшного, все позади, — выпрямился и отряхнулся Андрей.

 — На тебя и на твою семью напустили порчу. С тебя я ее теперь снял, осталось снять с жены, дочери и сына.

— Ты занимался колдовством? — Правитель всея Руси как-то изменился в голосе. Вроде слегка осип. — Чародействовал в моей опочивальне?

— Была порча. Ты болел. Я тебя вылечил, — медленно и раздельно повторил князь.

— Ты спасал плоть, но губил бессмертную душу!

— Чего с ней сделается? — пожал плечами Зверев. — Причаститесь и исповедуетесь, Бог простит.