Князь

Приоткрыв окошко, он увидел, что незнакомец уже вошел на двор и крестится на все четыре стороны, желая хозяевам добра и процветания. Следующим шагом должны были стать поклоны перед иконой над крыльцом. Причем в этот момент гостя полагалось уже встречать.

— Полина! Все, ты и так красивая. Пошли… Вот, проклятье, а посоха-то у меня и нет!

Опять же по обычаю, Андрей вышел первым, спустился на две ступени к гостю:

— Здрав будь, путник, приведенный волей Господа к моему крыльцу. Чего ты ищешь в наших землях: приюта, совета, али ночлега?

— Тебе здоровия, князь Андрей Васильевич, — заметно ниже поклонился незнакомец.

 — Я, боярин Никита Терпигорев, сын Андрея Терпигорева, пришел к тебе с поручением от государя нашего, Иоанна Васильевича.

— Всегда рады приветить хорошего человека… — У Андрея вылетело из головы, что именно следовало говорить в подобном случае, и он попытался сымпровизировать. Боярин начал подниматься по ступеням. Хлопнула за спиной дверь, на крыльцо вышла Полина в повязанном поверх кокошника платке:

— Здрав будь, мил человек. Вот, испей с дороги… — Княгиня слегка поклонилась, протянула серебряный ковш.

Гость принял его со ступени, на две ниже хозяйки, поднес к губам.

— Что там? — шепотом спросил Зверев.

— Не знаю, — так же тихо ответила жена. — Еремей принес.

— Благодарствую, хозяюшка, — перевернул ковш боярин, демонстрируя, что не оставил ни капли.

— Сделай милость, мил человек, — опять поклонилась княгиня. — Преломи с нами хлеба кусок, коий Бог послал.

— Благодарствую, с радостью. — Гость вернул ковш и поднялся до конца лестницы. Полина пошла вперед, Андрей двинулся следом, пытаясь вспомнить, когда именно по нормам приличия можно будет снимать шубу.

В теплый дождливый день под ней было невыносимо жарко.

Стол в трапезной был уже накрыт. Небогато: только заливные, соления, ветчина и копчености. И, разумеется, вино.

— Кушайте, гости дорогие, — поклонилась Полина. — На здоровье.

Княгиня ушла, оставив служилых людей наедине. Холопы гостя у стола пока не появились — вестимо, заняты были с дороги.

— Ну, — не стал оттягивать Зверев, — давай вздрогнем."

"Он занял свое законное место в кресле во главе стола, потянулся за кувшином. Никита Андреевич занял место на лавке справа, взял себе с блюда ломоть хлеба, наколол кусок буженины, положил сверху, добавил пару огурцов, щепоть капусты.

Поднял налитый князем кубок.

— За богатство и благополучие в этом доме!

Андрей кивнул, осушил кубок, наполнил сосуды снова, поинтересовался:

— Какими судьбами в наших краях, боярин? Чего надобно, что ищешь? Может, помощь нужна какая?

— Так ведь тебя ищу, княже, — усмехнулся гость. — Не поверишь, токмо-токмо из Ливонии вернулся! Был у государя с докладом.