Князь

Или это после кофе так мерещилось?

К счастью, вместо невольницы в покои тут же заглянул Козелло, приторно улыбнулся:

— Вода готова, княже. Дозволь проводить.

«Мыльней» оказался сарайчик-мазанка в конце дома, выложенный изнутри, по полу и стенам гладкими плитами песчаника, с потолком из осиновых досок. Посреди этого благолепия стояла, полуврытая в землю, бочка почти в косую сажень диаметром, накрытая простыней. Здесь Андрея встретили три невольницы, одетые и вовсе в одни бусы. Пока князь размышлял, каким образом повежливее отказаться от их услуг, девушки ловко и умело лишили его одежды, под руки помогли подняться по приставной лесенке и придержали, когда он провалился, ступив на простыню, по грудь в прохладную воду.

Вода плотно прижала ткань к телу, скрадывая ощущение холода, быстро намокла и опала — но тело уже успело привыкнуть к температуре.

— Сделать теплее, господин? — спросила одна из рабынь.

— Да, — кивнул Андрей, откидываясь на край бочки за спиной и расправляя руки.

Невольницы поднесли и опрокинули внутрь ведро кипятка, потом еще и еще. Потом предупредили:

— Ты можешь обжечься, господин… Мы не можем наливать еще.

Вода и вправду была весьма горячей, но князь привык париться при куда большем жаре.

— Еще пару ведер добавьте, и хватит… — разрешил он.

— Ты можешь обжечься, господин, — заладила свое невольница.

— Кипятка, что ли, больше нет? — сообразил Андрей, усмехнулся и нырнул в бочку с головой, немного посидел внизу, отогреваясь, вынырнул назад: — Надеюсь, хоть мыло у вас не кончилось?

— Есть лавандовое, господин, розовое, жасминовое, лимонное, ореховое…

— Пусть будет лимонное, — решил Зверев, протягивая руку.

Но ему никто ничего не дал. Мылом невольницы покрыли свои ладони и принялись равномерными массирующими движениями намывать ему лицо, плечи, руки, голову. От их ласковых прикосновений Андрей сомлел, как пригревшийся на мартовском солнце кот, и потерял всякое желание протестовать. Когда верхняя часть тела была отмыта, девушки спрыгнули в бочку и продолжили столь же старательно оттирать от грязи остальное туловище. Звереву отчего-то пришло в голову, что при всех преимуществах душевых кабинок, в них предусмотрено далеко не все… И что в своем времени он никогда в жизни не попробовал бы такого кофе и не помылся бы с такой тщательностью.

И что его решимость не нарушать более супружеский долг подвергается жуткому, нестерпимому испытанию…

Спустя час, чистый, размякший, отогревшийся, в состоянии блаженной усталости, он лежал в тепле и уюте на постели, подумывая о том, чтобы задержаться здесь еще на пару дней. Отдохнуть, привести себя в порядок. Все же до Бахчисарая еще не меньше пяти дней пути.