Князь

Может быть, поэтому у порогов ладью покинули больше полусотни служивых, предпочтя купить лошадей[215] и двигаться дальше своим ходом, благо русское порубежье было уже не очень далеко, а татарских шаек большому отряду опасаться не стоило. Еще с десяток освобожденных пленников отстали в Литовском княжестве. Из двух с половиной сотен православных воинов в Дорогобуже сошли с борта немногим больше полутора сотен. Из которых еще полсотни сразу разъехались по своим поместьям. На пути в Москву отвернули к домам еще пара десятков, и в конечном итоге до столицы князь довел всего семьдесят человек.

Правда, даже их продемонстрировать в Кремле Андрей не смог — разошлись. Потому Зверев с докладом в Посольский приказ сразу и не поехал. Спешить все равно было уже некуда. Сперва князь обнял жену и детей, попарился, отоспался. Пообщался с отцом, собрал его в дорогу, проводил."

"К дьяку Висковатому Зверев направился только на пятый день. Но боярина Ивана Михайловича не застал. Велел подьячим доложить о своем возвращении и с чистой совестью поспешил на подворье. Но стоило ему добраться до дома — как в ворота уже застучал молодой служка в красной атласной рубахе и в высоких, до колен, червонных сапогах.

— Дома ли князь здешний, Андрей Васильевич? Грамота ему от государя, самоличная!

— Давай. — Будучи возле конюшни, Зверев собственноручно принял свиток, наградив гонца серебряной «чешуйкой», развернул письмо.

Это было приглашение на обед, на завтрашний день. Писанное рукой умелой и грамотной. И действительно — за царской подписью. Причем опять — в Царицыны палаты. Значит, пир не званый, а скромный, только для близких. Большая честь.

— Опять к посольским делам пристроить попытаются, — сделал вывод князь, привычно потирая виски.

 — Не соглашусь. На новые подвиги моей головы не хватит.

Обед оказался даже более келейным, нежели ожидал Зверев. В сияющем золотом зале было накрыто всего три стола. Два больших длинных, с лавками — для гостей, и один маленький, сажени на две, перед троном — царский. Больше двух десятков человек тут поместиться не могли. Почти все они уже собрались здесь, маясь от жары в парадных шубах. И опять Андрей никак не мог вспомнить никого из присутствующих. Разве только показалось, что двоих он вроде как видел в свите князя Старицкого, еще нескольких встречал на бранном поле под Казанью, а один совершенно точно пировал вместе с ним в шатре князя Воротынского… Может статься, он даже из детей боярских Михайло Ивановича.

Если бы только имя вспомнить! Тогда хоть расспросить удалось бы, как там княже, в ссылке. Здоров ли, чем занят?

Распахнулась дверь, в зал вошли телохранители-рынды в белых с золотым шитьем кафтанах, с топориками на белых топорищах. Оружием скорее декоративным, чем смертоносным.