Князь

Порох расходовался в таких количествах, что вскоре из-за густого белого дыма не стало видно ничего на расстоянии вытянутой руки. Артиллерия уже стреляла реже, в основном на звук конского топота и уповая на то, что вдоль стен хоть кого-то, но сразят. Стрельцы свои пищали опустили и взялись за бердыши, выглядывая пробравшихся к укреплению басурман. Однако и крымчаки теперь не видели стен, через которые нужно перелезать. Причем перелезать толпой, одновременно — одиночки шансов на выживание не имели. Битва затихла сама собой.

Ветер разносил дым неспешно, словно специально оберегая людей от нового кровопролития.

В появившихся просветах стало видно, как незваные гости что-то прикапывают на лугу примерно в пяти сотнях саженей.

— Бегом к Воротынскому, — приказал сыну Зверев. — Скажи, Девлет-Гирей пушки ставит.

Османские спецы использовали слепоту русских с полной отдачей: невидимые для стрельцов и пушкарей, они быстро приготовили позиции для своих осадных мортир, и едва сквозь дым стали видны щиты гуляй-города, открыли беглый огонь. Крупные чугунные ядра взрывали землю перед укреплениями, оставляли в бревенчатых щитах аккуратные дырочки, пробивали навылет людей, которым не повезло оказаться на их пути.

В русском лагере послышались предсмертные крики — но теперь дым заволок уже вражеские позиции, и из гуляй-города через широкие проходы стремительно вылетела закованная в броню конница, вихрем пронеслась через открытый участок поля, скрылась в дыму на той стороне.

— Доложил, княже! — вернулся к нему сын.

— Вижу, — кивнул Зверев.

— И что теперь будет?"

"— Ничего не будет, — рассмеялся князь.

 — Мыслю, вырубили уже всех турецких пушкарей к чертям собачьим. А ближайшие запасные у них токмо в Стамбуле имеются. Здешние пушки — это вам не патрон в винтовочку заслать. У каждой своя навеска, свой калибр, из многих литейщики самолично стреляют. Чуть что неправильно сделаешь — или разорвет, или не выстрелит. Так что без опыта лучше и не браться. Это у нас стрельцы к зелью огненному привычные, понимают, что к чему. Могут, коли надо, заранее отвешенный картуз и кинуть по месту, и прибить правильно, и дробь или ядро закатить как надо. А у Девлет-Гирея в армии одни лучники.

И правда, боярские сотни уже во весь опор улепетывали после вылазки под защиту стен, осыпаемые тучей стрел. Дым разносился в стороны, открывая вид на османские пушки, заваленные телами в ярких фесках и чалмах.

— Это вам не у города стоять, где опасность только от ворот грозит, — наставительно произнес князь Сакульский. — У нас тут не зевай, враз голову отрежут.

День медленно клонился к закату.