Князь

Ворон громко каркнул, слетел со своего гнезда под потолком, уселся на плечо волхва. Снова каркнул.

— Тут кто-то есть? — Лютобор поднял голову, прищурился. Потом отставил плошку, снял с полки нитку с иглой. Удерживая за хвостик, вывесил перед собой, повторил вопрос: — Тут кто-то есть?

Андрей опустился вниз, толкнул иглу. Она закачалась. Волхв остановил иглу, снова спросил:

— Ты мертвый? Живой? А-а, ну, если живой — значит, это ты, чадо. Давно не появлялся. В отъезде?

Зверев качнул маятник.

— Тогда понятно… Спросить чего хочешь? Ну да, сам мог бы догадаться, зачем таким путем являешься… Снадобье нужно? Нет? Тогда заговор? Опять нет… Знаю, у тебя нет свечей.

Наверное, глянуть в зеркало Велеса захотел?

Новик поколебался, потом качнул иглу.

— Ясно… На себя? Нет? Тогда на что же? Дай подумать… О будущем мы не раз говорили. Что, о будущем? Дальнем, близком? Понял, чадо, о близком. О родичах своих? Нет? О Руси, значит? Надо же, и правда о Руси. Что же тебя такое интересовать может? О Руси, о близком будущем… Что же тут быть такое может… О бедах русских хочешь узнать? Нет… О людях? Да. О знатных? Да. Уж не о Великом ли князе? Да-а?! — Волхв остановил иглу и спросил еще раз: — Ты хочешь узнать ближнее будущее Великого князя?

Маятник решительно закачался.

— Ну, коли нужда такая есть… — Лютобор убрал магический инструмент. — Вечером гляну и приду, расскажу. Ступай.

Андрей ощутил резкий толчок в грудь — и открыл глаза. Он был в светелке один. Из окна лился яркий свет. На улице все еще продолжался день.

— Надеюсь, это был не сон, — поднялся с постели новик. — Ладно, подождем ночи. А пока пойду, пива попью. Братчина у нас все же. И спится после хмельного крепче.

* * *То, что сон будет вещим, Андрей понял, едва успел сомкнуть глаза.

Новик так долго ждал ночи, что сразу понял: он спит. Спит — и подходит по дороге к распутью. На перекрестке трех дорог стоит камень, на камне надписи: «Направо пойдешь… Налево пойдешь… Прямо пойдешь…» После слова «пойдешь…» буквы каждый раз расплывались в серой дымке.

В центре перекрестка сидел мальчишка и кидал в надпись камушки.

— Скажи, отрок, — поинтересовался у него Зверев, — почему конца надписи не видно? Что случится, если туда или сюда пойти?

— Да разве узнаешь то, — взрослым мужским голосом ответил мальчик, — пока до конца не доберешься?

— Как же тогда путь верный выбрать?

— А как на камне написано, так и выбирать.

Хоть — налево, хошь — направо. А хошь — и прямо. Токмо гляди, не ошибись. Жизнью платить придется. О том и предупреждение.

— Какое предупреждение?

— Так ведь вот оно. Камень… — Мальчишка вытянул шею, вскочил, отряхнул руки: — Ладно, побегу. А то Лютобор сюда тащится. Опять ругаться будет.

Собеседник растаял в воздухе, а по левой дороге на перекресток вышел старый волхв.