Князь

Лучемир рассчитал точно: к Чудскому озеру ушкуй дошел аккурат к сумеркам. Кормчий занял свое место, приказал поднять паруса и разрешил прочим «бездельникам» пока покемарить. Когда Андрей проснулся, корабль уже миновал Псков и медленно пробирался вверх по Великой.

Следующие три дня стали самыми долгими и нудными за время путешествия: на веслах вверх по извилистому, все более сужающемуся руслу. Остров, Опочка, Идрица, многочисленные безымянные деревеньки в два-три двора по обе стороны реки.

Наконец ушкуй заплыл в озеро, миновал второе, третье — и князь увидел впереди, на высоком берегу над причалом, величественный, хотя еще и не достроенный дворец князей Друцких.

Старый Лучемир повел носом и, узнавая родные места, безо всяких подсказок лихо притерся бортом к пустой пристани. Сверху бежали какие-то мужики и бабы — видать, холопы при княжеском порту и близкие корабельщиков, что надеялись увидеть своих среди прибывших.

— Кто за старшего? — решительно остановил первого из мужиков Андрей. — Князь Друцкий или сын его здесь?

— Нет, боярин, — скинув шапку, поклонился холоп. — В усадьбе они ныне, уж три седмицы, как не заезжали.

— Не боярин, а князь Андрей Сакульский, — сурово поправил Зверев. — Коня мне велите оседлать, о холопах позаботьтесь.

— Никак ты, косоглазый, — узнал кто-то Ваську. — И Лучемир старый здесь.

— Сей миг исполню, княже, — поклонился холоп и поспешил назад к дворцу.

Андрей спустился к воде, смочил голову, вынул нож, тщательно обрил голову. Вернувшись на ушкуй, в каюту, он достал из сундука чистые шаровары, рубаху и ферязь, оделся, опоясался саблей, вышел на причал. Холоп как раз привел вниз оседланного вороного мерина.

Зверев кивнул ему, привычно взметнулся в седло и дал шпоры скакуну.

Галопом путь до усадьбы занял меньше трех часов. В воротах Андрей кинул повод тяжело дышащего коня, роняющего из-под ремней упряжи пену, первому встречному подворнику, следующему решительно приказал:

— Князю Юрию Семеновичу доложите: князь Сакульский проездом его навестить завернул. И шевелитесь, сонные! — После стремительной скачки дворня казалась вялой, словно перегревшейся от летнего зноя. — Бегом нужно двигаться, коли князь приказывает!

Пока он шел, глядя по сторонам, через двор, пока поднимался на крыльцо — холопы успели найти хозяина, предупредить о госте.

Юрий Семенович вышел в одной рубахе и шароварах — по-домашнему, — раскрыл объятия:

— Ну, иди к своему дядюшке, родственник! Как Полина, как дела в княжестве? Что за нужда завела тебя посередь лета в такую даль от родного имения?

— Спасибо на добром слове, князь, — обнял сухонького Друцкого Зверев. — С супругой все хорошо, в имении она, приглядывает. Без догляда ведь смердов не оставишь, сам понимаешь.