Князь

Иначе какой же ход? Без батюшки не ход, без него толпа гулящая получается.

— Иконы… Молитва… Поклоны… На колени еще встать, креститься, мостовую целовать с плачем… — моментально оценил идею Зверев. — Бабка, быть тебе купчихой, коли раньше не повесят! Ну-ка, соображай быстро, где мне хоругви и иконы еще сегодня купить? И батюшку, батюшку… В общем, к утру найти сможешь? Дело ведь благое. Об избавлении от напасти татарской.

— До завтра, милый? — задумалась нищенка. — Куда же ты так торопишься?

— Все эти несчастные у меня на содержании сидят. И питаются, считай, чистым золотом.

— Да ты что?!

— Два талера в день, — пояснил Зверев, прикусил губу, несколько мгновений поколебался, но все же рискнул: — Один твой, коли до сумерек все найти сможешь. Так тебе понятно?

— За талер образа, хоругви…

— Нет, за все плачу я. А талер тебе сверху, за хлопоты. Может, дом наконец нормальный поставишь вместо хибары этой грязной. Согласна?

— Гордея из Новодевичьего подговорить можно, — задумчиво прикинула попрошайка. — Коли о бедах людских плакать, он и даром согласится. Такой жалостливый…

— О бедах, о бедах. Иконы и хоругви где взять?

— Новые заказывать долго.

Коли старыми не побрезгуешь, то там же, в Новодевичьем, испросить можно. Но за то уж серебро спросят.

— Серебро — не золото, — махнул рукой Андрей. — Давай, показывай дорогу.

— Иду, касатик, иду. А свечи тебе надобны? Тоже хороши, коли алтынные да из белого воска…"

"Что хорошо было с попрошайкой — не нужно проситься к настоятелям и епископам, кланяться, разговоры долгие разговаривать, службы выстаивать, подношения делать, вклады в монастырскую казну. Ксеня, божий человек, шла сразу к ключникам, монахам, служкам — и открывались за совершенно жалкую плату кладовые древнего монастыря, крестились и благословляли князя священники и монахи.

Ради благого дела обещали прийти, поддержать. Молитвою поддержать — но что еще крестному ходу надобно? Как раз молитву, чтобы хорошо поставленным голосом читали. Худощавый и чернобородый монах со странным для христианина языческим именем Гордей, который довольно долго шептался с попрошайкой, неожиданно распрямившейся и развернувшей плечи, даже вызвался поехать на постоялый двор и поддержать там страждущих. А заодно, как понял Зверев, объяснить деревенщинам, как себя вести и что делать. После этого ему пришлось бы ночевать с новой паствой, а потому Андрей выдал ему полтинник — на светелку и ужин.

Хлопоты длились долго, и когда две телеги выехали за ворота Новодевичьего монастыря — Зверев понял, что добраться до подворья Шаховских сводня сегодня уже не успеет.

— Ладно, завтра вместе сходим, будет Людмиле сюрприз, — решил Андрей. — Сегодня с черемухой попарюсь, рубаху с вечера мятой переложу.