Князь

— Иван Четвертый Грозный, годы жизни: тысяча пятьсот тридцатый, тысяча пятьсот девяносто пятый по юлианскому летоисчислению, отец Ивана Ивановича Мудрого, государь и великий князь, первый царь в истории России… Оп-пань-ки. А мне казалось, своего сына он убил…[146]

— Склероз, господин колдун, склероз. От него, увы, заговоры не помогают.

— Горби, дай информацию о самых опасных врагах Ивана Четвертого, — не обратил внимания на подколку Андрей.

Воздух над пультом зарябил, после чего рассыпался на тонкие пластины.

Первым на него искоса смотрел Стефан Баторий — личность для князя совершенно неизвестная.

Зверев хмыкнул, ткнул в него пальцем, прочитал по диагонали статью:"

"— Вассал Османской империи, трансильванский князь. Естественно, он турецкий раб, коли в турецкой провинции прислуживает! В тысяча пятьсот семьдесят шестом году османский султан назначил его королем Речи Посполитой. По приказу Высокой Порты с семьдесят девятого по восемьдесят второй годы развязал две войны против России и герцога Магнуса, но был разгромлен, по Ям-Запольскому миру отказался от всех завоеваний. Что еще за герцог Магнус? Не помню такого.

Горби, дай информацию по герцогу Магнусу! — Воздух моргнул, и справа, немного выше княжеской головы, открылась новая страница. — Герцог Магнус, датский принц, король Ливонский с семидесятого года. Жил с сорокового по восемьдесят третий год, принес клятву вассальной верности русским царям. Откуда он взялся? Так, что тут написано? А-а… После начала Ливонской войны Иоанн Грозный столкнулся с тем, что прибалтийские земли, не имеющие с центром иной связи, кроме как по морю, не представляют для России никакой ценности. Русский торговый грузооборот перенаправить в прибалтийские порты было невозможно, разоренные земли не обещали никакого дохода в казну, в то же время защита этого неудобного приобретения требовала значительных расходов. В сложившейся ситуации царь решил передать эти земли в чужие, но дружественные руки. Выбор пал на датского принца Магнуса. Иоанн рассчитывал, что этот его ставленник сможет привлечь для обороны своего королевства Данию и шведских наемников.

— Я чего-то не поняла, — опять напомнила о себе космонавтка. — Насколько я помню школьную историю, все эти места находятся на одном континенте.

Значит, там должны быть дороги.

— Пока не изобрели железные дороги, красавица, ездить по проселкам можно было только на телеге или верхом, — не поворачиваясь, ответил Андрей. — На телеге много товара не увезешь, товар возят на кораблях. Все северные русские реки текут или в Новгород, или в Архангельск. В Прибалтику рек нет. Значит, нет и дорог. Отрезанный ломоть, пусть и на общей суше. Верхом проехать можно, но таскать грузы нерентабельно. Горби, закрой страницу Батория.