Кодекс Крови. Книга II (СИ)

Перед нами сейчас рассыпался в фальшивых любезностях Акулов Илья Матвеевич.

— Мы рады приветствовать Вас, Гаврила Петрович, и Вашу спутницу в штаб-квартире Русско-Азиатского банка. Чем я могу Вам помочь? — предельно подобострастно отработал Акулов дежурное приветствие.

— Вы можете пригласить сюда любого акционера для подтверждения вступления в права собственности наследника барона Михаила Юрьевича Комарина.

Акулов сначала побледнел, а затем его лицо стало покрываться красными пятнами. Он порывался покинуть комнату, но я остановил его:"

"— Часы, Илья Матвеевич! — указал на его особенные часы с артефактом вызова как раз на такой случай. Их дед отметил особо, как и то, что клерк не должен покинуть кабинет. — Если вы сейчас покинете этот кабинет, вы не жилец. Я буду считать вас предателем и соучастником убийств членов моей семьи.

Цвет лица Акулова напоминал перезрелый томат или головы инквизиторов на моей казни. Он колебался примерно минуту прежде, чем несколько раз повернул заводной механизм, а ещё спустя пять минут в кабинет еле протиснулся воистину огромный мужчина, больше напоминавший русского былинного богатыря, по случайности одетого в костюм вместо кольчуги. Подмышкой он нёс старый потёртый чемоданчик.

Вокруг вошедшего клубилась яростная сила. Она была похожа на вторую личину, словно огромный тигр обнимал хозяина из-за спины. Рассматривать одарённых сквозь артефакт оказалось весьма познавательно.

Возраст мужчины с успехом мог колебаться в промежутке от сорока до ста сорока лет. Судя по кошачьим зрачкам и чуть удлинённым клыкам, заверять мою личность явился сам Еремей Аристархович Тигров, глава одной из второстепенных ветвей сибирского рода Тигровых и верный деловой партнёр деда. И он был предельно раздражён.

— Илья, я тебе плавники выдерну, на углях зажарю и заставлю сожрать, если ещё раз по пустякам меня вызовешь! — Тигров окинул меня взглядом полным презрения, отметив перстень с лозой винограда и серьгу с гроздью. Секунд пять стояла тишина, Еремей Аристархович что-то мучительно вспоминал и, наконец, сменил гнев на милость.

— О, герой пожаловал! Никак император награду за Марию пожаловал из запасников?

Я дал знак Тэймэй развеять иллюзию и наблюдал, как у Акулова и Тигрова от удивления приоткрывается рот. Последним штрихом стало изменение вида родового перстня. На это пришлось истратить один заряд серьги.

— Барон Михаил Юрьевич Комарин, внук предыдущего главы рода и акционера сего прекрасного заведения, — протянул я руку Тигрову. Тот на автомате пожал её.

— Тигров Еремей Аристархович, деловой партнёр вашего деда и старый друг, — представился он, когда немного отошёл от шока.