Когда трепещут мечты

Слезы лились по ее щекам. Она для меня

ничего не значит! Вдруг Дэв услышала приближающийся звук мотора. И в тот же

момент яркий свет фар пронзил туман и ослепил девушку."

"Дэвон вылетела на S-образный поворот, изо

всех сил пытаясь сохранить контроль над мотоциклом. Ей было больно. Ее тошнило.

Внутри нее все клокотало.

Метал заскрежетал по асфальту, выбрасывая

искры в разные стороны, подобно фейерверкам на День Независимости. Дэв сгорала.

Сгорала от стыда и боли. Сгорала от невыразимой агонии разбитого сердца.

Дэв выскочила из машины и едва успела

добежать до деревьев у края стоянки, прежде чем ее вырвало. Дрожа всем телом,

она оперлась рукой о ствол и пыталась справиться с острыми приступами тошноты.

– Боже мой, Дэв! – Лесли бросилась к ней.

– Что с тобой?

Не поворачиваясь, Дэв жестом прогнала ее.

– Уходи. Я в порядке.

Разумеется, это было не так. Дэвон

чувствовала, что тело напрочь отказывалось слушаться ее, а земля уходила из-под

ног. Последний раз ей было так плохо, когда она очнулась в больнице через три

дня после аварии. Но тогда ее измученное физической болью тело не давало

ощутить безжалостные мучения от предательства любимого человека. По-настоящему

ощутить их она смогла лишь несколько недель спустя, и это было сущим адом, из

которого, казалось, невозможно вырваться.

– Прости, – тихо сказал Лесли. – Боже, я

не хотела делать тебе больно.

– Ты тут не при чем, – Дэв вытерла губы

тыльной стороной ладони и, отойдя чуть в сторону, без сил упала на траву.

Прислонившись к дереву, она закрыла глаза. – Плохие воспоминания. Давно мне уже

не было так плохо.

Лесли чувствовала, как ее начинает охватывать

отчаяние. Хотелось кричать. Казалось, ничто в этом мире не могло вывести ее из

равновесия. И сейчас она смотрела на измученную Дэвон, и все ее тело сжималось

от боли. От той боли, которая должна была умереть еще много лет назад. Но, как

оказалось, не умерла и теперь вырывалась наружу из глубины души. Из той

глубины, где раны оставались незалеченными, а ошибки неисправленными.

Пытаясь взять себя в руки, Лесли

поспешила обратно к машине. Найдя в багажнике банку содовой, она вернулась к

Дэв.

– Вот, держи.

– Спасибо, – Дэвон открыла глаза, взяла

банку и одним глотком практически осушила ее. Дэв видела, что глаза Лесли до

краев были наполнены печалью. Она казалась такой бледной и испуганной, что Дэв

очень захотелось прикоснуться к ее щеке. Хотелось почти так же сильно, как и

пятнадцать лет назад. Но так же, как и пятнадцать лет назад, она не имела на

это права. – Не вспоминай об этом, Лесли. Не мучай себя.

– Я позволила тебе уехать на этом

чертовом мотоцикле, – прошептала Лесли. – Я знала, что нужно было удержать

тебя, не дать тебе сесть за руль. Знала, что поступила неправильно.