\

— Ты знаешь, почему-то отказалась. Ответила, что сказки сама любит слушать, а пиво пьют только алкаши. Там свое будущее уже было мамочкой нарисовано.

— Нет, семья — это хорошо. — Согласился Семен. — Только я не помню, чтоб у нас так было, как ты говоришь. Отца почти никогда не бывало дома. А если приходил, то точно не после встреч с друзьями. Пива тоже не помню. Вечно озадаченный. Не играл с нами никогда. Ну, Жорику то уже и не нужно было. А я всегда хотел, чтоб отец…не знаю…Погулять со мной сходил. В парк, например. Или чтоб мы в поход отправились. Многие пацаны из класса вот так с родителями летом в поход ходили.

В Пионерский лагерь просился, но меня не пускали. Сказали, там плохому можно научиться. Чему? Это же Пионерский лагерь. Как он может научить плохому.

— Ну вот женишься, своих детей заведешь и будешь с ними совсем по другому отношения строить.

— А дети обязательно? — спросил Семен. — Я чего-то детей не хочу. Да и как их заводить?

Я снова чуть не кувыркнулся в яму. Второй раз. Потом матернулся и принялся выбираться обратно. А то мы как-то незаметно к обсуждению вопросов полового воспитания перейдем.

Про пестики и тычинки пусть ему брат рассказывает. Один из двух. Или Матвей Егорыч. Хотя, дед уже таскал пацана с собой, когда они корову к быку водили. Помню, сам же Семен и припомнил этот случай. Наверное, Матвей Егорыч тоже не захотел брать ответственность за сексуальное воспитание подростка. С собой взял, а объяснения оставил на потом.

— Так… любознательный ты мой… Давай, наверное, вот что… Время идет, у нас ни черта пока не происходит. Из положительного, имею в виду. — Я покрутил башкой, пытаясь сориентироваться, как лучше поступить.

 — Предлагаю вот что. Ты идешь по правой части нашего радиуса, я — по левой. Ищем ямки и норки. Не думаю, что твой брат совсем законченный псих. Хотя иногда он производит именно такое впечатление. Вряд ли Жорик спрятал свое сокровище непосредственно рядом с могилами. Скорее всего, это нечто максимально подходящее, но созданное природой-матушкой. Естественным, так сказать, путем. Или какими-нибудь кротами, например, вырыто.

— Какие кроты, Стас? Ты чего? Если бы тут были кроты, мы бы уже раз сто лично с покойниками познакомились.

— Вот ты зачем это сказал? — Я чуть ли не с ненавистью посмотрел на пацана.

Идиотство какое-то. Ему четырнадцать и он вообще не боится. Мне на добрый десяток больше в реальности, а в башку лезет постоянно какая-то хрень.

— Ладно, Семен, хватит трындеть. Топай. Скоро утро, а у нас никакого результата. Встречаемся у церкви.

— Хорошо. — Согласился брат Милославского и протянул руку за фонарем.

Ну… Честно говоря, отдал я единственный источник света с нежеланием.