\

А так-то, даже если просят, не лезь, когда оно тебя не касается.

В принципе, ожидаемо. Естественно, он не мог забыть ту ситуацию, которая сложилась. Думаю, не каждый день ему грузчики рассказывают о прослушке в кабинете. Да еще таким способом, которым я ухитрился отличиться. Спаситель, блин, хенов. Борец за справедливость.

Чего еще я ждал? Юрий Константинович, наверное, молчал несколько дней, размышляя, как ему лучше поступить. Либо проверял информацию. Связи то у директора гастронома тоже непростые. По-любому с кем-то советовался. По нему видно, что человек далеко не дурак. Черт, еще как нашло, он реально мне симпатичен с точки зрения его взаимоотношений с подчиненными. На редкость хороший руководитель. Да и в плане работы молодец.

— Идем пройдёмся. — Как только я подошёл ближе, Юрий Константинович кивнул в сторону арки, которая вела на улицу, и тут же сам направился к ней.

Мне ничего не оставалось, как молча идти вслед за ним. Грузчики проводили нас удивленными взглядами. Наверное, прежде Юрий Константинович не отправлялся на прогулки с работниками гастронома. Да еще в разгар трудового дня. Однако, естественно, вслух никто ничего не сказал. Хотя, вполне очевидно, расспрашивать будут. Но позже.

— Рассказывай. — Бросил коротко Соколов, едва мы вывернули из двора на тротуар, идущий вдоль проезжей части. Ходить вокруг да около он не стал. Сразу приступил к главному. Причём, Юрий Константинович явно понимал, я тоже сразу врублюсь, о чем речь. Значит, он уверен, случайность можно исключить.

Я помолчал буквально секунду. Соображал, если честно. Ровно столько времени мне понадобилось, чтоб обматерить и себя самого, и свои душевные порывы."

"Вот хреново на меня влияют эти экскурсы в прошлое. Точно говорю. То совесть проснется, то моральные принципы, то желание спасать хороших людей. Жил ведь, человек-человеком. Денежки зарабатывал, бухал по-тихоньку. Радовал себя различными плюшками. А теперь, что? После возвращения из армейской жизни Соколова даже взятки перестал брать. Как дурак, честное слово. Все коллеги теперь смотрят искоса. Подозревают, что я не с теми людьми спелся. Ждут подставы. А теперь, когда вернусь, чего произойдёт? Пойду проповедовать о праведной жизни? Начальнику отдела в морду дам? Потребую от отца посадить всех преступников в стране?

Пока пялился бестолково себе под ноги, попытался прикинуть дальнейшее поведение с директором гастронома. Варианта два. Первый — строить из себя придурка и делать вид, будто я вообще не понимаю, о чем речь. Мол, что взять с идиота? Голова отбитая с армейских времен. Иногда плету, что ни попадя. Но здесь история та же. Соколов один хрен в эту чушь не поверит. Зато подозрения насчёт меня станут только сильнее.