\

Не нагло, не излишне самоуверенно. Просто спокойно. Как человек, который уверен в чистоте своей совести. Даже завидно стало. Он еще, наверное, и спит по ночам крепким сном.

— Боюсь? — Юрий Константинович остановился, а потом посмотрел прямо на меня. — Я свое уже отбоялся. Ты знаешь, вот на войне было страшно. Честно скажу. Но там еще было понятно, что так правильно. Правильно не давать воли страху. По-другому нельзя. За спиной — дом. Родные. А здесь… Я ведь уже однажды получил срок. Ты знал? В 1950-м году это было. Знаешь, за что? За то, что обсчитывал клиентов. А это было не так.

Юрий Константинович пожал плечами. Потом посмотрел куда-то вдаль, мне через плечо.

— Здесь чего бояться? Я не совершил никакого преступления.

— Думаю ОБХСС так не считает. — Ну, тут, конечно, во мне проснулся мент. Ладно. Признаю. Ляпнул эту фразу не потому что реально записал Соколова в преступники. Больше было интересно, что он ответит."

"— Возможно. — Юрий Константинович выглядел очень серьёзным. Такое чувство, что разговаривая со мной, он отвечал на свои личные вопросы. — Но я то знаю правду. Да и потом… Если откровенно… Я ведь понимаю, в чем именно дело. По какой причине моя персона привлекла внимание органов. Леонид Ильич плох. Это не для кого не секрет. А я… Скажем так…Я связан хорошими отношениями с тем человеком, который может помешать другому человеку занять главное место. Это не моя война, Стас. Моя война закончилась. И в ней я себя ничем не замарал. А все остальное, то, что есть сейчас, это — работа. Я просто делаю ее хорошо. Ты же знаешь, в других магазинах не всегда можно найти даже селедку. А в «Елизаровском» она есть всегда. Как и колбаса «Докторская», и многое-многое другое…Наш гастроном стал неофициальной визитной карточкой Москвы, наряду с Кремлем. Да, не побоюсь такого сравнения. К нам непременно заходят приезжие из других городов, иностранцы. Возможно, с точки зрения определённых структур в моих действиях есть преступление. Но ты знаешь… С их точки зрения много чего есть. Вот пример тебе расскажу. Даже три случая. Разных, но одинаковых по сути. А ты рассуди, где истина. В 1970-х годах в Киеве наделал много шума случай с одним гаишником. Он регулярно дежурил на оживленном выезде из города. Такое, как говорят, «рыбное» место. До начальства дошли слухи, что он нечист на руку. Дыма без огня не бывает. Раз говорят, значит, есть повод для разговоров. Сотрудника решили проверить.

Оперативник… в штатском он был, конечно… нарушил правила дорожного движения и предложил «договориться». Милиционер этот возмутился. Мол, как можно. Он, мол, взяток не берет. Ну разве что… Видите, говорит, напротив «стекляшку»? Угостите коньячком, а то день прохладный. Оперативнику делать нечего.