\

— Говорю, отец, походу, не в курсе, что наша красавица какие-то странные интересы имеет в здешних местах. Скрываться она только от его зоркого глаза может. На вас всех ей плевать. Это к тому, что не надо думать, типа я, пацан, молодой, а Светлана Сергеевна гораздо опаснее. В отношение меня, может, и так. А вот если отцу проговорюсь про все это… — Я сделал жест рукой, обведя ею комнату. — То тут уже расстановка сил совсем меняется. Так что давайте начистоту. Что происходит?

Глава 21

— Черт… Я знал. Знал, что когда-нибудь все это станет всплывать… — Глава сельсовета словно сдулся.

Даже в размерах сократился. Отвечаю. Стал меньше ростом как-будто.

— Слушайте… Всплывает дерьмо в реке. Если там всякие дебилы купаются. Давайте без драматических сцен. Что происходит? Вы скрыли свое знакомство с моей матерью. — Я обошел стол и, занял место, ещё хранившее тепло пресветлых ягодиц нашей великой и ужасной мамочки. Прямо напрашивались подобные сравнения. Донна Карлеоне какая-то, а не скромная хранительница очага. Вот тебе и кукольная Барби. Вот тебе и домохозяйка.

— Не скрыл! Ты не спрашивал просто. — Дмитрий Алексеевич подвинулся к столу и, поставив на него локти, закрыл лицо ладонями.

— Да конечно. Хорошо, не спрашивал, но и Вы не стремились откровенничать. Ну? Хватит уходить от темы. Если рыдать собрались, так это, давайте, потом. Когда я свалю отсюда. Если вешаться или что-то подобное, так тем более. На мне ещё бык, между прочим. Тоже уголовка. С ней бы разобраться.

— Какой бык? Не понимаю… Ладно… — Глава сельсовета снова выпрямился, откинувшись на спинку стула.

И вот дальше понеслась такая интересная история, что я непроизвольно слушал ее, открыв рот.

Любой сериал о душевных страданиях, создаваемый киноиндустрией небезызвестной южной страны, которые обожала одна из моих нянь, отдыхает."

"Началась вся эта сраная мутотень много лет назад. Когда Ольга Ивановна, вот ее имя я вообще не ожидал услышать, проводила Николаича, с которым у них была большая и чистая любовь, в армию. А шел тогда, на секундочку, 1941 год. Пока ещё весна. Сама она отправилась покорять город. Точнее, поступила учиться в институт. Мечтала стать звездой педагогики, взращивать в учениках тягу к знаниям. Вот только будущий председатель Зеленух уструячил отдавать долг Родине, следом грянула война, а Ольга Ивановна, отправившаяся в эвакуацию, вскоре, обнаружила, что все эти свидания под луной могут иметь последствия в виде незапланированных детей.

Короче, выяснилось, она беременна. И срок уже нормальный. Однако, сообщить прекрасную новость папаше не успела. Тот вдруг прислал с фронта гневное письмо, в котором обзывал ее разными словами, намекая на низкую социальную ответственность, и требовал забыть его чистое, неопороченное имя.