\

Я то ветки держал, но они заметно натянулись в моих руках, потому что, по всем законам природы, теряя давление тяжести, которая заставляла ствол гнуться, верхушка упорно желала принять свойственную ей горизонтальность. Понимая, что сейчас преимущество будет потеряно, я же не Илья Муромец, своей силой дерево к земле прижимать, хоть оно и не сильно толстое, одну руку разжал и потянулся к Лизке, которая, так то, была не очень далеко.

Это и стало роковой ошибкой. Вторая рука в одиночку справится с силой дерева тем более не смогла и ветки буквально вырвались из моих сжатых пальцев.

Внешне все выглядело, будто я катапульту запустил. Андрюха, матерясь, резко скатился вниз. А кошка…

Это был красивый полет. Несомненно. Лизку швырнуло так, что позавидовал бы любой каскадер. При этом кошка уже не орала, она буквально голосила на уровне ультразвука. Ясное дело, как тут не заголосить, если тебя, словно пушечное ядро, запустили в небо.

— Низко пошла… к дождю… — Задумчиво, но очень ни к месту, высказался Матвей Егорыч, провожая взглядом несчастное животное.

— Да вы чего? Совсем умом тронулись? — Зинаида Стефановна застыла, глядя, как нечто громко орущее и отдаленно напоминающее кошку, улетело в ближайшие кусты.

Взгляд у бабы Зины был растерянный. Хотя, нет. Не растерянный. Просто охреневший. До этого дня, так полагаю, она не догадывалась, что можно столь весело использовать котов. Но, сказать если честно, я и сам много о чем не догадывался. При этом, в прошлой жизни, считал себя неимоверно крутым типом. А вот теперь оказалось, какая-то затрапезная деревня с ее жителями смогли изменить мое мировоззрение.

Председатель смутился. А что скажешь? Выбор невелик. Признается в истинных мотивах нашего мероприятия, спалит деда. Вроде, не по-мужски выходит. Солидарность никто не отменял. А если не признается, то Зинаида Стефановна по всему селу разнесет, как он, важный, серьезный человек, абсолютной ерундой занимается. Да ещё в компании нас троих.

— Зиночка, а что такое? Ты зачем прибежала? Мы тут важные вопросы решаем, понимаешь ли. — Матвей Егорыч, походу, решил принять удар на себя и отвлечь супругу.

Правда, я думаю, больше имело место не проявление героизма, а банальное опасение, что Николаич сдастся под гнетом обстоятельств и сурового авторитета Зинаиды Стефановна.

"— Тебя, дурака, ищу… И еще Жорика с Андрюхой. Даже Жорика, если уж совсем конкретно. Я не поняла… Это Лизка была, что ли? — Зинаида Стефановна вытянула шею, пытаясь рассмотреть, кто там ломится через кусты подальше от извергов. Ее кошка или какая-то чужая.

— Да ты что, Зиночка. Разве ж мы так с Лизой могли бы. А чего искала всех, ягодка моя?

Баба Зина, наконец, повернулась к нам лицом.