\

Кончики его ушей заметно напряглись, а один глаз так и косил в мою сторону. Походу, вопрос его зацепил. По крайней мере, улыбаться своей дебильный улыбкой он перестал.

— Ну, вы чего? Дома, как говорят в народе, водится домовой. Я, конечно, в чертовщину, как вон Андрюха говорит, не верю, однако, бывали случаи, слышал. Некоторые даже видели своими глазами. Да вы в деревне живёте, должна быть у вас подобная информация. Ну, там легенды, не знаю. Сплетни хотя бы. Так вот. Домовой — хозяин дома. А за могилами присматривает Бугимен. Огромное существо. У него красные глаза, в которых горит огонь, рога и низкий бас.

Вот когда приходишь во владения Бугимена, надо ему угощение оставить. А то обидится.

Я плел эту невразумительную чушь, мысленно ухохатываясь и над Переростком, и над Матвеем Егорычем. Понятное дело, нет никаких бугименов на кладбище. Да и в природе тоже их нет. Это вообще буржуйский чудик, которым пугают детей. Ничего у него, нигде не горит. Видел фильм, ужастик, там он выглядит просто, как уродливый, черный человечек. Но мои напарники об этом не знают. Причем, оба они вроде делали вид, что подобная чушь их не интересует, а сами слушали мою ересь внимательно, настороженно.

Андрюха даже оглянулся пару раз на темные палисадники, которые мы проходили. Мне же было по кайфу. Потому что не все время им надо мной издеваться. Могу и я развлечение себе устроить. Поржать, так сказать, от души.

— И что, этот Бугимен? Ему какого хрена вообще надо? — Поинтересовался Переросток безразличным голосом. А потом снова оглянулся на ближайшие кусты.

— Да особо ничего. Просто, если ты ему угощение на кладбище не оставишь, он за тобой погонится и утащит.

Может ночью следующей прийти, если не догонит.

— Куда утащит? — Прибалдел от описанной перспективы Матвей Егорыч.

— Как куда? В Ад, само собой.

— Да ладно тебе. — Андрюха рассмеялся. Вышло у него это слегка нервно. — Мы же взрослые люди. Комсомольцы. А ты такую чушь несёшь. Где вообще этого набрался?

— А-а-а-а-а-а… да это мы ездили на экскурсию. Посещали археологические раскопки. Там было захоронение древних людей. И вот ребята — археологи рассказывали. По сути ведь они на кладбище явились, только очень старое. Начали его ворошить.

И все.

— Что, все? — Матвей Егорыч, похоже, настолько впечатлился рассказом, хотя виду старался не показывать, что просто повторял окончания моих же фраз, добавляя к ним вопросительную интонацию.

— Да ничего. Просто археологи эти потом пропали. Понимаете, надо было правильно все делать, по уму. Угощение непременно оставить. Это — традиция. Иначе все — хана. Никто не догадался, кстати, хлебушка прихватить?

— Как путано у вас все, в ваших этих Москвах. — Выдал Дед Мотя. Он теперь стал задумчив и молчалив.