\

У вас — товар, у нас — купец……

Я не выдержал и пообещал братцу, если он сейчас не заткнется, придушу его. И по хрену, что при таком количестве свидетелей.

Просто и без того нервы на пределе. Обычный поход в кино, а меня тут в женихи уже записали. В общем и целом, против брака, как явления, ничего не имею против, но точно не сейчас, точно не в Ленкиной компании.

Мы подошли к воротам, у которых на лавочке сидело семейство, и застыли напротив. Ситуация, тупее не придумаешь.

— Здравствуйте… — Поприветствовал хозяев культурно. Хотя, имелось огромное желание развернуться на сто восемьдесят градусов и рвануть в другую сторону.

— Здравствуй, Георгий. — Теть Ира, как ее назвал братец, чинно кивнула головой.

Все. Дальше разговор потерял динамику. Стоим и смотрим. Мы — на них. Они — на нас. От меня явно чего-то ждут, а я хрен пойму, чего.

— Ленка-то дома? — Переросток решил взять инициативу в свои руки. Видимо, попасть на фильм ему очень хотелось, а пока мы возле Ленкиного двора глаза друг на друга лупим, все уже разойдутся из клуба по домам.

— Так, конечно. Собирается… Ленка! — Тетка гаркнула со всей дури.

Будто Ленка не за воротами, а где-то километров за десять от нас. С ближайшего дерева ошалевших птиц, как ветром сдуло. Ожила даже бабуля. Она резко подняла голову, которой до этого момента клонилась вперед, на грудь, а затем испуганно оглянулась. Ничего опасного на заметила, всхрапнула и снова ушла в нирвану.

— Пироги вот, свежие. Угощайтесь. — Теть Ира жестом фокусника сдернула полотенце. В тарелке и правда были пирожки. Лежали аккуратной горкой. — С крендалем. Ленка сама собирала.

— Кого собирала? Пироги? — У меня вырвалось против воли.

Вообще, если честно, был настрой ни с кем, ни о чем не говорить. Взять Рыжую и бежать быстрее в клуб, подальше от ее двора. Пока меня на самом деле здесь не захомутали. А потом, после фильма, поговорить с ней откровенно. Так, мол, и так, недопоняли друг друга. Мне это простительно, потому что местных обычаев не знаю. Девка она хорошая, но к серьезным отношениям не готов. Короче, придумал речь в лучших традициях, когда надо отмазаться от какой-нибудь приставучий особы.

— Зачем? Нет. Пироги она пекла сама. И крендаль собирала сама. — Уточнила Ленкина мать.

— Андрюха… — Зашипел я братцу, стоявшему рядом. При этом старался сохранить на лице улыбку. Типа, все хорошо. Просто срочный вопрос возник. Личного, так сказать, характера, — Что, млять, за крендаль? Что это вообще такое? Это можно есть?

— Можно. Дикая смородина. Забыл? Мамка пекла такие.