\

Команды должны встать — каждая на нужную сторону.

Второй нюанс — непосредственно отходы коровьей жизнедеятельности. Сам я столь мощную штуку точно провернуть не смогу. Нереально. Это добро надо закинуть на поле, непосредственно в ночь перед матчем. Чтоб оно было свежее и скользкое. Тут без Андрюхи и деда Моти никак не обойтись. А кроме этих двоих больше никто не подпишется. Да я больше никому и рассказать не смогу. Братец прошел уже все возможные проверки. Свой человек. Ну, а Матвей Егорыч… Он просто за любой кипиш. Ему сам процесс по душе. Будто скучно жить.

Короче, пришлось рассказать свою задумку подробно.

Без второго дна, конечно. Про все очень сложные семейно-родственные связи, про причины, по которым нельзя и Николаичу дать проиграть, и Лиходееву уйти, само собой умолчал. Даже представить не могу реакцию Матвея Егорыча и Переростка. Хотя… Почему же… Могу. В дурку бы отправили и все.

Поэтому в своем рассказе делал упор на огромное желание помочь Николаю Николаичу. Типа, классный мужик, все дела. Додумался из-за личных амбиций на кон поставить свою должность.

— Председатель… Ага… — Дед Мотя хитро прищурился.

 — У председателя нет таких красивых глаз. И это… Выдающихся успехов.

Он тут же обрисовал руками в воздухе что-то условно похожее на женскую фигуру. Очень условно. Больше напоминало, если честно, многоугольник. Я по его лицу догадался, что речь о Наташке. Андрюха гнусно подхихикивал рядом.

Я ответил, пусть думают, как хотят, главное — помогут мне набрать снарядов для минирования. В конце концов, что бы не руководило моими поступками, они, вообще-то, должны беспокоится о чести села.

И тут у нас снова случился «затык». Дед Мотя утверждал, что он всей душой с нами.

Ещё больше — с селом и его честью. Но душой. А душа гораздо важнее. Поддержать, сопровождать в экспедиции готов. Ровно как и руководить всем процессом.

— Ой, да что Вы… Руководить чем? Как дерьмо под траву прятать? Это мы и без Вас разберемся. Не совсем дураки. Вопрос в другом, где его столько набрать. Нет. Не где. Как?!

Андрюха уже использовал «мы». Отлично. Значит, психологически он готов."

"В общем, когда пришёл участковый, чтоб сопроводить нас домой, дебаты немного стихли. Даже Федор спокойно дремал у дерева. Правда, уже устроившись на земле.

Мы больше не пугали его своими криками, от которых он тревожно вскидывался и оглядывался по сторонам с фразой: «Чё то затеяли, сволочи».

— Ефим Петрович, рад приветствовать. — Матвей Егорыч вскочил на ноги и подошёл ближе, протягивая руку. — А то и не поздоровались даже.

— Да? Прям рад… — Участковый снова окинул нас внимательным взглядом. — Вот и говорю, подозрительно. Чему ты рад? Ко мне сегодня Зинаида приходила. Просила продлить срок исправительных работ. Говорит, чудо чудное случилось.