\

Летом 1942 года линия фронта подошла непосредственно к Воронежу. В ночь на 29 июня на институтский городок был совершен первый воздушный налет фашистских бомбардировщиков. Пострадало здание инженерного корпуса, были повреждены многие другие постройки. Учебные занятия стали проводиться в подвальных помещениях. Однако, специальная группа, которая выполняла важное задание, все равно продолжала свою работу. Ну, а 5 июля бои развернулись на южной и западной окраинах Воронежа. Началась спешная эвакуация института. Студенты, преподаватели и их семьи, нагруженные личным и институтским имуществом отправились в эвакуацию.

Однако, Аристарх остался. Он решил, что основная его работа по тому, что они делали этой особой группой, выполнена. А в почти уже родной город пришел враг. С врагом надо биться, а не бежать от него. Тем более, родители погибли в первые же дни самых сильных бомбёжек. Он сам способствовал их переезду, чтоб семья была ближе. А в итоге вообще остался один Ну, вот и стал Аристарх Милославский, участником подполья. Причем, группа у них такая была, малочисленная. Особые задания выполняли. Все-таки специализация у Милославского определенная.

И остальные группы между собой не имели на тот момент слаженной связи. Либо так было задумано. Не могу точно сказать. Но… незадолго до того, как фашистов поперли из города, группа, в которой был Милославский попала в руки врага. Дальше, сам понимаешь… Как думаешь, вызвал ли сомнение у проверяющих на заводе, человек с такой биографией. Он ведь чудом остался жив. Сбежал от немцев с какой-то там важной документацией. Тоже деталей не знаю. Добрался к своим. Раненый, избытый. Дальше, после того, как поправился, остался в городе, работать на оборонку. На фронт уже его не отправляли. Естественно, когда проверили биографию и родственников, которые погибли, потому что кроме матери и отца не было никого, Аристарху дорога была открыта.

Маман замолчала, глядя на меня с улыбкой. Не пойму только, чему она радуется. Я вот, например, вообще ни хрена, ни хренашеньки не вижу хорошего. Потому что понял из ее слов, моя смутная, очень далекая мысль была верной.

— Он не Аристарх. Правда? — Я спросил это без истерики, без пафоса, без заламывания рук. Ответ итак очевиден.

–Правда. Видишь, какой ты умный мальчик.

— Светланочка Сергеевна протянула руку и потрепала меня по волосам. Я боднул головой, скидывая ее ладонь. — Ой, ну, хватит тебе. Я, между прочим, твоя мать.

— Дура ты. А не мать. — На плечи навалилась какая-то усталость. Прям тяжесть даже. — Ну, давай. Рассказывай. Папаша наш ни хрена не Аристарх. Правда, и папашей мне не является. Ну, да ладно. Не суть. Ок. Это я понял. Как он получил документы? Хотя, нет. Это херню спросил… Время такое. Да. Как он ухитрился не спалиться? С фрицами сотрудничал.