Комната убийств

Однако у нее на душе не только убийство отца, сколь бы ужасным оно ни было. Нам нужно выяснить, чем Дюпейн занимался в выходные. Пирс и Бентон-Смит могут что-то выведать у механика, но я думаю, что главный наш шанс — секретарша Дюпейна. Немногое в жизни начальника остается скрытым от его секретарши. Будьте добры, выясните, кто она, и договоритесь о встрече — по возможности на сегодня. Дюпейн работал старшим психиатром в больнице Святого Освальда. Я бы начал оттуда.

Порывшись в справочнике, Кейт позвонила в больницу. На соединение с нужным дополнительным номером ушло несколько минут.

Разговор длился не больше минуты, и Кейт в основном слушала. Не выпуская трубки, он сказала Дэлглишу:

— Секретарша мистера Дюпейна — миссис Анжела Фарадей. По субботам она работает с утра, клиника закрывается в четверть второго. С этого времени и до двух она занимается своими делами и находится в офисе одна. Она готова с вами встретиться. Обеденного перерыва у нее нет, за исключением бутербродов прямо в офисе.

— Спасибо, Кейт. Скажите, что я буду в половине первого.

Встреча была назначена, и Кейт выключила телефон.

— Интересное совпадение: у нее та же фамилия, что и у женщины, занимающейся садом в музее. Если это и в самом деле совпадение. Фарадей — редкая фамилия.

— Если это не совпадение и они родственники, перед нами открывается несколько интересных возможностей. А пока посмотрим, что нам расскажет квартира в Кенсингтоне.

Уже через полчаса они были у двери. У каждой кнопки стоял номер без имени, и только напротив номера тринадцатого имелась табличка «Швейцар». Кейт нажала кнопку, и через полминуты служитель появился, натягивая на ходу китель.

Полицейские увидели кряжистого мужчину с печальным взглядом и большими усами, который напомнил Кейт моржа. Он назвался; фамилия оказалась длинной и запутанной, в ней слышалось что-то польское. Он был немногословен, отвечал на их вопросы хоть и медленно, но с готовностью. Швейцар не мог не слышать о смерти Невила Дюпейна, однако не упоминал о ней; обходил это молчанием и Дэлглиш. Кейт пришло в голову, что осторожное умалчивание делало разговор несколько сюрреалистичным. Отвечая на вопросы, швейцар сообщил, что доктор Дюпейн был очень скромным джентльменом. Они редко встречались, и он не может припомнить, когда они в последний раз разговаривали. Если у доктора Дюпейна и бывали посетители, швейцар их ни разу не видел. У него хранится по два ключа от каждой квартиры. В ответ на просьбу он тут же протянул ключи от номера одиннадцать, попросив лишь расписку.

Осмотр не дал ничего. Квартира, окнами выходящая на Кенсингтон Хай-стрит, находилась в безупречном порядке, лишающем всякой индивидуальности — будто ее готовили для показа следующим жильцам.