Комната убийств

Во время застольной беседы четырнадцатилетний Адам заметил в госте некоторую туповатость, и это сбило его с толку. Тогда-то он и понял, что способность делать большие деньги — это своего рода талант, весьма выгодный обладателю и, возможно, полезный окружающим. Однако ему не сопутствуют ни добродетели, ни мудрость, ни ум — лишь безупречное владение своим несущим процветание ремеслом. Дэлглиш отдавал себе отчет, что подводить под один стереотип всех очень богатых заманчиво, но опасно, и все же те в самом деле обладали некоторыми общими качествами — хотя бы в результате постоянной тренировки самоуверенности.

Коммандер и инспектор из городской полиции особого впечатления на сэра Дэниела произвести не могли.

— Спасибо, что пришли так быстро, — сказала леди Холстед. — Давайте присядем, не возражаете? — Она посмотрела на Кейт. — Извините, я не ожидала, что вы придете не один.

Дэлглиш представил Кейт, и все четверо прошли к колоссальным диванам и сели под правильными углами к окну. Адам предпочел бы почти любое другое сиденье в комнате этой удушающей роскоши. Он устроился на самом краешке и искоса глянул на Холстедов.

"

"— Мне жаль, что нам пришлось сообщить столь ужасную новость, к тому же по телефону, — сказал он. — Еще слишком рано делать выводы, и о том, как умерла ваша дочь, я могу рассказать не очень много и тем не менее сделаю все, что могу.

— О, пожалуйста, прошу вас, пожалуйста! — Леди Холстед наклонилась вперед. — Я чувствую себя такой беспомощной! Мне кажется, будто я еще не осознала это. Я почти ждала, что вы сейчас расскажете о чудовищной ошибке. Пожалуйста, простите меня, я так путано говорю.

Перелет… — Она осеклась.

— Вы могли бы сообщить новость с большим тактом, коммандер! — сказал ее муж. — Звонившей женщине-офицеру — полагаю, это были вы, инспектор Мискин, — такта явно не хватало. Меня никак не предупредили об исключительной важности звонка.

— Мы не стали бы звонить в такой час и будить вас, будь повод менее важным, — ответил Дэлглиш. — Если вы почувствовали, что вам сообщили эту новость с недостаточной чуткостью, извините. Само собой, инспектор Мискин хотела поговорить с вами, а не с леди Холстед, дабы вы нашли наилучший способ рассказать ей.

— И ты был так добр ко мне, дорогой. — Леди Холстед повернулась к мужу. — Ты сделал все наилучшим образом! Ты не мог сообщить такую новость осторожнее, не правда ли? Нет, конечно. Рассказать матери, что ее ребенок убит, — такое невозможно смягчить! Никак!

Дэлглиш нашел ее отчаяние вполне искренним. Как же иначе? К несчастью, почти все в леди Холстед отдавало некоторой театральностью, от которой недалеко до лживости.